19-летний мальчик покончил с собой из-за несчастной любви

Накануне Вербного воскресенья, 27 марта, в Черниговскую районную больницу из с. Малейки Черниговского района привезли 19-летнего Романа Череповского с ножевым ранением в сердце. Не придумав другого способа доказать свою любовь 30-летней Антонине Лазебной из Славутича, парень вонзил нож себе в грудь.

Роман был вторым ребенком из четверых детей в семье Череповских. Жили бедно, колхоз развалился, а другой работы родители не искали, промышляя тем, что украдут. Их задержали почти одновременно и дали каждому реальный срок заключения. Детей отправили в Городнянскую школу-интернат.

— Отца мы больше не видели, — рассказывает председатель сельского совета Ведильцев (к нему относятся и Малейки) Валентин Кузьменко. — А вот мать вернулась в родное село (она сама из Плехова Черниговского района). Жила как и до тюрьмы: выпивала, воровала. А когда встретила другого мужчину — Василия Ермилова, который, как и она, был неравнодушен к водке и также растаскивал общественное имущество, переехала в Малейки. Василий тоже был судим. Правда, сидел он не за кражи, а за изнасилование 3-летней падчерицы. Отсидев 12 лет (его выпустили по амнистии) и освободившись в 2003 году, Василий решил начать «новую жизнь», а сойдясь с Татьяной Череповской, захотел вернуть ее детей из интерната. Он неоднократно подходил ко мне и умолял помочь оформить опеку над детьми. Я не смог устоять, и уже осенью 2004-го дети были дома. Правда, только старшие — Коля и Роман, двух младших сестричек к тому времени удочерили итальянцы. Поначалу Василий действительно не пил и старался заработать какую-то копейку честной работой, а потом взялся за старое. Ничего не изменилось и после рождения дочери Кристины в 2006 году. После того как Татьяна умерла (это случилось в ноябре прошлого года), девочку, чтобы она могла получить нормальное воспитание, хотела забрать к себе крестная Кристинки Татьяна Кузьменко, которая живет в Славутиче. Но когда мы приходили к Ермилову с проверками, упрекнуть его было не за что: холодильник есть, телевизор есть, кровать для Кристинки тоже есть, а на столе всегда стояла еда... И малышка осталась с отцом. Ребята, хоть и были уже взрослые, тоже остались с отчимом, потому что идти им было некуда. К тому же у них не было паспортов.

В субботу, 27 марта, вечером домой к председателю сельсовета прибежали знакомые Романа (они вместе ужинали) и попросили вызвать «скорую», так как Роман себя порезал.
— Я сама из Славутича, — рассказывает сожительница Романа Антонина Лазебная. — Снимала там комнату и работала. А когда встретила Рому, влюбилась и 20 января этого года переехала жить к нему в Малейки. Он был спокойным, но мне не нравилось, что как только Рома выпьет — сразу хватается за нож. У него руки были полностью изрезаны (в пьяном угаре он несколько раз резал вены), как-то даже вспорол себе живот. А когда мы с ним из-за этого ссорились, то всегда говорил, что после выпивки ему хочется что-то или кого-то порезать (говорят, что из-за этого Роман получил три года условно, так как порезал какого-то парня из Славутича. — Авт.). В тот день Рома задержался на работе. Я пошла его встречать и стала спрашивать, почему он задержался. Он ответил, что они с мужиками выпили в честь праздника. А когда мы зашли в дом и сели ужинать, Рома схватил со стола кухонный нож и вонзил его себе в грудь, а потом упал. Я вызвала «скорую», поехала с ним. По дороге Рома все время стонал и говорил, что очень болит грудь. Меня не пустили с ним, потому что я не жена, но сказали, что все будет хорошо и чтобы утром я привезла самое необходимое. Всю ночь я просидела на вокзале, а когда вернулась в село, то увидела около двора много милиционеров, которые сказали, что Роману уже ничего не надо — он умер.

Позже выяснилось, что Антонина рассказала не все. По словам правоохранителей, женщина хотела уйти от Романа, а тот, чтобы доказать свою безграничную любовь к ней, воткнул нож себе в сердце. Наталия Кобылинская (имя изменено по этическим соображениям), которая знала Романа много лет, сказала:

— Парень был абсолютно адекватным человеком. Его жизнь не назовешь легкой, а это не могло не сказаться на психике Ромы. Вася и Таня забрали детей назад только для того, чтобы получать опекунские деньги. Они их пропивали, дети же сидели в холоде и в голоде, зарабатывая копейки по соседям. Страшно сказать, как Василий вел себя с детьми: постоянные ругань, драки, было и такое, что за топор хватался. С Кристинкой та же ситуация, девочка недоедала, была грязная и все время болела. Я часто забирала ее к себе: отмою, подлечу, а потом приезжает Вася и увозит назад, чтобы не пропали деньги на ребенка... Но не это больше всего мне беспокоит. Когда Рома умер, Василий забрал девочку из больницы, куда она попала из-за сильной простуды, и уехал в неизвестном направлении. Трудно представить, что будет с Кристинкой, когда она вырастет, ведь ребенок отцу не нужен, его интересуют только деньги, а если к этому еще добавить и его прошлое...

Очень хорошо о Романе отзываются и соседи — Любовь Качура и Сергей Авраменко. Они говорят, что более покладистого и безотказного человека, чем был Роман, не найти. Но жизнь сложилась так, что парень просто не нашел другого выхода...

Ольга Мусий, еженедельник «ГАРТ» №14 (2454)

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.