• Брухт ДальнобойСервис
Мобильная версия сайта Главная страница » Новости » Людям о людях » 90-летняя Дина Божко рассказала, как выживала в войну и о работе в 15-м лицее


реклама

90-летняя Дина Божко рассказала, как выживала в войну и о работе в 15-м лицее

 

Все меньше на Земле остается людей, переживших Вторую мировую войну (1941-1945 г.г.), и тем интереснее встретиться с ними и поговорить об их непростой жизни. Историю Дины Ивановны Божко (Мильская) мы хотим приурочить к ее 90-летнему юбилею, который состоится завтра, 24 апреля.



Дина родилась в 1931 году в городе Грайворон Курской области (ныне Белгородской). А в 1918 году Грайворон подчинялся правительству Украинской Народной Республики и входил в состав Харьковской губернии. В семье уже были старшие брат Ростислав («расти на славу») и сестра Ариадна (Ада). Родители Дины работали на почте, а ее, до прихода брата и сестры из школы, оставляли в сплетенном из лозы манеже с «куклой» (нажеванный хлеб, завернутый в тряпочку). Это были тяжелые голодные времена.
В 1933 году, - рассказывает Дина Ивановна, - мы всей семьей переехали к бабушке и дедушке, жившие на границе Беларуси и Украины, в поселке Добрянка, недалеко от Олешни, где сейчас находятся знаменитые Голубые озера. Они были старообрядцами, в церковь не ходили, а молились дома в специальной молельной комнате. Моя мама закончила четыре класса без единой четверки и стала работать секретарем в прокураторе, а папа был самоучкой и устроился в суд судебным исполнителем. Тогда в Добрянке была торфоразработка, где мне маленькой пришлось подрабатывать – складывать торф. В 2000 году я даже написала об этих временах стихотворения «Родина детства», «Дитя войны». 



А в 2007 году моя племянница Лариса и ее муж Владимир Григорьев издали книгу о старообрядцах, Добрянке, нашей семье Мильских «Нам завещали жить по совести» и опубликовали мои стихи. 






- Когда началась война, вам было 10 лет. Расскажите о тех событиях
- 22 июня 1941 года, в воскресный летний день мама с папой пошли на рынок. И только они зашли во двор, как вдруг, мы услышали голос известного диктора Юрия Левитана: «Внимание! Говорит Москва. Передаем важное правительственное сообщение. Граждане и гражданки Советского Союза! Сегодня в 4 часа утра без всякого объявления войны германские вооруженные силы атаковали границы Совесткого Союза. Началась Великая Отечественная война!» Стало страшно. 12 июля папочка ушел на фронт. Немецкие войска наступали, и нам надо было уходить из Добрянки. У соседей был конь по кличке Чалый, быстро запрягли телегу, сели вместе с нашей мамой, а мы – трое детей, 35 км бежали за телегой. Так добрались до Городни. Там наш загнанный Чалый немного постоял, прослезился, упал на землю и сдох. В поле увидели лошадей. Ростик запряг другого коня, и опять взрослые сели в телегу, а мы потихоньку с колонной беженцев бежали до самого Грайворона. Оттуда с военными летчиками в грузовой машине добрались до Белгорода. Там мама случайно встретила нашего соседа по Добрянке Белова, который посадил нас на последний уходящий воинский эшелон с подбитыми машинами, танками и танкетками. Ехали долго, по нам стреляли, бомбили, горело все вокруг, но машинист как-то умудрялся вовремя затормозить или наоборот, прибавить ходу. Страшно было, холодно и голодно. Не забуду, как солдат-азербайджанец в эшелоне угостил меня куском сахара-рафинада. Вкуснее ничего не было! Так, с горем пополам, но в целости и сохранности мы добрались до города Энгельс Саратовской области.

- Немцы не дошли до Энгельса и Саратова?

- Можно и так сказать. Видела только пленных немцев. В Энгельсе с трудом нашли место в землянке без крыши, но с плиткой, где можно было сварить похлебку и переночевать. Но найти какие-то щепки, чтобы растопить плитку, было почти невозможно. Люди дали фуфайку, мальчишескую кепку, какие-то ботинки и кочерыжку, с помощью которой я выковыривала угольки на железной дороге. Так мы прожили до весны 1942-го, пока не начала разливаться Волга, которая чуть не затопила землянку. Быстро собрались и вышли на улицу Пойменную. Там женщина нам предложила пожить в сарайчике. Помню, брат, сестра и мама спали на досках, а мне досталось место на чемодане. Дули такие сильные ветры с Волги, что меня маленькую, чуть не унесло тогда. В конторе получили карточки, которые надо было отоваривать день в день. Мама меня посылала одну каждый день за 3 км. от места, где мы жили. На карточки нам с мамой давали по 300 грамм хлеба, немножко крупы и сахара, которые мне надо было донести домой. Но я до того хотела есть, что отщипывала на ноготок хлебушка и обещала себе «до того столба мне хватит». Доходила до столба и опять не могла удержаться, чтоб не отщипнуть. Самым большим желанием в жизни было накушаться хлебушка.

- А сейчас вам хотелось бы чего-то особенного?
- Уже ничего. Если мне хочется, я делаю себе чай и вприкуску с хлебушком выпиваю и думаю: «Я могу есть этот хлеб сколько хочу!» На самом деле, не голодать – это огромное счастье.

- А что, леса не было поблизости? Там же ягоды, грибы..
- Лес был, но лиственный. Никаких ягод и грибов. Летом 1942-го мы перебрались в дом лесника, где и прожили до окончания войны. В доме была печка, на которой мы спали с мамой, а брат с сестрой – на сундуке. Они работали на военном заводе, где им давали по 700 грамм хлеба, а я продавала воду. Соседи мне дали ведро, веревку, кружку, я набирала воду из колодца, наливала в кружку, ходила по базару и кричала: «На рубль досыта!» Люди пили воду и давали мне денежку. Продавали еще семечки. Я умудрялась так насыпать из стаканчика, что 10 семечек оставляла себе поесть. У соседей была корова, которую, чтобы не украли, заводили на ночь в дом. За то, что я убирала за ней, мне давали поллитра сыворотки. На горке росла картошка, которую надо было поливать. Я спускалась, набирала в речке ведро воды, поднималась и поливала. И так, по 100 ведер в день. Сама не понимаю, как мне это удавалось в 11-летнем возрасте. Мама варила похлебку так: на поллитровую банку отрубей - две картошины, и все это на трехлитровый чугунок воды. Зимой в доме было очень холодно, на стенках – настоящий иней. Спали одетые. Кроме этого, покоя не давали чесотка и вши. Когда в доме мерцал каганчик – иней переливался разными цветами, и я представляла, что мы живем в хрустальном домике.
А в 1943-м году я пошла в школу. Нам давали 10-15 г хлебушка и чайную ложку каши. У меня тогда были рваные ботинки, и уже не помню кто – подарил мне белые шерстяные носки. Я счастливая летела домой с криком: «Мама! Мне подарили шерстяные носки!»



На фото Дине Божко 20 лет

- Насколько я помню, в 1943-м году началось освобождение Украины?
- Да, Украину освобождали с января 1943-го по 28 октября 1944 года. Помню, поднимаю вверх голову – летят наши самолеты, и небо голубое-голубое. Позже мы через Волгу переехали в Саратов и узнали, что мой брат Ростислав пошел учиться в танковое военное училище. Это означало, что он одет, обут и накормлен.
В Саратове нам опять с мамой и сестрой нечего было есть. Мама даже хотела броситься под поезд – измучилась вкрай. Я ее еле упросила. Тогда мы пошли к начальнику станции, он посадил нас в товарный вагон, и мы доехали до Бахмача. Там пошли в сельсовет, нам выделили лошадку с саночками, и мы вернулись в родную Добрянку. Шел 1944-й год. Мне уже было 13 лет и я опять пошла в школу.


- Что происходило после войны?
- Сразу после войны и до 1948 года, будучи подростками, мы создали своеобразную тимуровскую команду, и занимались восстановлением парка в Добрянке: разбивали, ровняли аллеи «под шнурочек», посыпали их песочком и т.п. По окончании 7-го класса в 17 лет, в школе состоялся выпускной вечер. Учитель физкультуры, пригласив меня на танец, сказал тогда: «Тебе, Диночка, с твоей фигуркой хорошо бы было стать учителем физкультуры. Ты лучше всех в классе делаешь «ласточку»». Но мама настояла на том, чтобы я поступала в медицинский на фельдшерское отделение.

- Как же вы стали спортсменкой?
- Отучившись 2 года в медицинском, встретила знакомую, которая училась в физкультурном, и я не раздумывая перешла в этот техникум. Так как у меня был рост 1,54 см, мне пришлось выбрать не легкую атлетику, а спортивную гимнастику. В нее входили прыжки, акробатика, вольные упражнения, низкий и высокий турник, брусья параллельные и разной высоты. Пришел новый тренер, который сделал из меня чемпионку. Мне на самом деле все давалось просто. Я заняла 1-е место по спортивной гимнастике на городских соревнованиях в Гомеле. На тот момент, это был 1950-й год, я начала заниматься танцами в ансамбле песни и пляски под руководством Хмелевского Николая Яковлевича. Тренер по гимнастике хотел, чтобы я осталась в Гомеле, но мой танцевальный партнер Коля уехал в Минск. Недолго думая, я поехала за ним, и поступила в Минский институт физкультуры. Прыгая однажды в воду, я травмировала спину. Но имея медицинский опыт, закончила институт с дипломом врача лечебной физкультуры. По окончании работала в областной больнице Минска. 



На фото: белорусский танец «Лявониха»

- Когда вышли замуж? Как оказались в Чернигове?

- В 23 года вышла замуж за парня из института по имени Анатолий. В 24 родила от него сына Дмитрия, которому сейчас 64 года. Ничего особо хорошего о муже сказать не могу - гулял напропалую. Спустя пять лет, проработав учителем физкультуры в Сталинграде, где жили его родители, мы развелись. И в 1961-м году я переехала с сыном в Чернигов. Сначала устроилась на работу учителем физкультуры в среднюю школу №11. Через год построилась новая 15-я школа (сейчас лицей №15, ул. Казацкая, 4Б), и я перешла туда. В 35 лет вышла замуж второй раз и в 1968 году родила сына Колю. А мужа уже давно нет в живых.

24 года подряд, с 1962-го и до моего ухода на пенсию в 1986-м, мои ученики занимали только призовые места. Готовила команды по разным видам спорта: волейболу, баскетболу, футболу, гимнастике. До сих пор поддерживаю связь с некоторыми из учеников, с завучем лицея Людмилой Григорьевной Ивановой. Она приглашает меня в школьный музей, но из-за карантина, я не могу пойти.

У Дины Ивановны большое количество фотографий, альбомов, вырезок из газет, разных записей, которые она время от времени пересматривает. На стене висит фотография участников Всесоюзного парада физкультурников в Москве в 50-х годах. В пирамиде, - вспоминает Дина Ивановна, - находится 600 человек, в том числе и я. 





- Кто за вами сейчас ухаживает? Может вы в чем-то нуждаетесь?
- Сейчас я имею все, что мне нужно. У меня есть два сына, две невестки, четверо внуков и четверо правнуков.



После ухода из лицея, Дина Ивановна еще 12 лет проработала в социальной службе, помогая старикам и участвуя во всевозможных культурно-массовых мероприятиях. Имеет награды «Ветерану труда», «Захиснику Вітчизни» и медали, врученные к 50, 60 и 65-летию Победы в Великой Отечественной Войне.



Трудно передать, насколько эта маленькая женщина сильна духом, и еще больше – физически. Молодым стоит поучиться у нее жизненной мудрости и неутомимой энергии. До сих пор она читает без очков, поет песни и декламирует наизусть стихи, может сделать «ласточку» и станцевать русский народный танец «Во поле березка стояла».



Редакция Gorod.cn.ua желает Дине Ивановне крепкого здоровья, бодрости духа и неуемной энергии еще на долгие годы!

Gorod.cn.ua

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.

Теги: Божко, война, физкультура, гимнастика

Добавить в: