Знахарка из Лубенца

На Корюковщине мужчины бросают пить. В Александровке, к примеру, доводилось слышать, что на женихов-трезвенников уже не хватает невест. Раньше «не просыхали», а побывали у знахарки в Лубенце — и как отрезало.



Лубенец — село, в котором всего полсотни жителей. Находится в 2 км от известной своим туристическим комплексом Бречи. А знахарку зовут Нина Куницкая. В августе этого года ей исполнилось 56. Рассказывает: родилась не только 13 числа (перед Маковеем), но и в самую полночь, когда бушевала буря.

— Повод для суеверных считать Вас ведьмой, — говорю Нине Анатольевне.

Она смеётся:

— Некоторые так и думают.

— А на самом деле в жизни случалось что-то необычное?

— С самого детства. Какая-то сила постоянно наказывала моих обидчиков. Щипнёт гусь - вскоре из него суп. Или сам покалечится, или брошу палку, когда загоняю табун, и попаду именно в него.

Мама (она с 1930 года) рассказывала, что в нашем роду многие были травниками и умели «шептать». Она и сама очень хорошо это делала. Лечила всю округу.

И в Бречи, и в соседней Гуриновке, и в Коркжовке подтвердили: некоторые верили «шептухе Марии» больше, чем врачам. О её популярности рассказали и в Бреч-ском старостате. Но Нину, по её словам, в юности привлекали не травы, а магия, которой владела крёстная Ксения.

— Крёстная была намного старше мамы. Ходили слухи, что она — внебрачная дочь цыганского барона. Даже в старости была красивая. Глаза чёрные, бездонные. Рассказывали: когда раскулачивали её семью, Ксения на глазах у сельских активистов вывела из конюшни жеребца (те ничего не заметили) и сказала им только одну фразу: «Добро отца - в мешок, а вы — в песок». И вскоре они все действительно «пошли в песок» — в кладбищенские ямы. Одни - из-за болезней, другие - из-за несчастных случаев.

Мужчины теряли от неё головы. Несколько раз была замужем. Но браки были несчастливыми. Один ребёночек умер, а больше Бог не дал.

— Свои умения она Вам передала? Расскажите, как колдовали.

— Когда подросла - привораживала парней, — смеётся. — Выберу какого-нибудь, скажу заговор - идёт провожать из кино. Это было как развлечение, не более. На один вечер. Дольше заговор не действовал. Да я и не хотела. Как все девушки, мечтала о настоящей любви. Чтобы парня тянуло ко мне без приворота. И крёстная предупреждала: заколдованного долго не удержишь, а пострадать можешь — на расстоянии из него душу вырывает, а окажется рядом - может убить.

После школы, рассказывает, училась в Чернигове на фотографа. В воскресенье пошли в парк кататься на карусели, а оттуда забирала «скорая» — Нина упала и повредила позвоночник. Ей было всего 17. Лечилась в Киеве — в институте травматологии. Там познакомилась с парнем из Ровненской области. Влюбилась. Была счастлива, когда он сделал предложение.

— Моя родня была против этого брака. Наверное, со стороны было виднее, что ничего хорошего не выйдет. Но если бы сказали «смотри сама» или что-нибудь такое, я, может быть, подумала бы. А запрет только подлил масла в огонь - на Славе будто белый свет клином сошёлся. Поженились. Жили в Лубенце.

Через 11 месяцев родилась дочь. А ему всё не так. Рвётся домой — мол, родители слабые, нужно помогать. Собрались, поехали. А там жить негде. Приютила его бабушка Югина.

Я пошла на ферму, потому что не хватало денег. За день устану, а отдыхать некогда -домашней работы непочатый край. Оле только 2 года. Муж запил. И ко всему этому я забеременела.

И носила, и рожала трудно. Сын был очень слабенький. А помощи не было.

Мой отец всегда берёг маму от забот. Брал на себя решение всех проблем. А мой муж вместо этого завёл любовницу.

Я терпеть не стала. Распродала всё своё — и домой. Он - следом. Но то. что уже разбилось, не склеишь. Прихожу как-то с фермы - на двери замок. Я бегом к родителям. У них только Оля. Ей тогда было 5, сыну — 2 с половиной. Мама говорит: «Слава привёл и ушёл с Толей. Мы думали, что ты знаешь».

Муж с сыном не появились ни в тот, ни на следующий день. Я была вне себя. Обошла всё село - никто ничего не видел. Обратилась в милицию, а там пожимают плечами: ребёнок же с отцом.

Всё бросила - и на Ровненщину. Добралась до Го-щи (райцентр. — Авт.), а надо в Курозваны. Туда ничего не идёт. На дворе октябрь. Холод, дождь, ждать автобус до утра невыносимо. Еле стою на ногах, но собираюсь идти почти 10 км пешком. Спасибо, один таксист подобрал.

Подъезжаем ко двору бабушки Югины. А мой сыночек стоит за забором и смотрит через щель на улицу. Весь замурзанный. Одежда грязная. Схватила его - и в машину. Кричу водителю: «Гони!» Он испугался, говорит: «Выходи, не хочу из-за тебя в тюрьму». Тогда я одну молитву про себя прочитала -и мы поехали.

Ребёнок обхватил меня ручонками - не отпускает. В Коростышеве водитель сам ходил в «Детский мир» покупать ему тёплую одежду. Привёз нас к самому дому. Расплатился мой отец. За те деньги, которые отдал таксисту, можно было в нашем селе купить дом. Но это было не важно: главное - со мной был мой сыночек.

К сожалению, у Толи обнаружили воспаление коры головного мозга. Жизнь ему врачи спасли, но не скрывали: ребёнок может отставать в развитии.

Сейчас Анатолию — 32. Учился сначала в обычной школе, потом в Березне — в специальной. У него II группа инвалидности. Но парень он работящий, добрый и очень ответственный.

— Растил меня с 11 месяцев, — говорит его 19-летний брат Сергей. Он от второго брака Нины. Тоже неудачного. Мужа звали Пётр.

— Когда выпьет, ему ничего не надо. А со мной беда — диабетическая гангрена. Заключение врачей: ногу ниже колена придётся ампутировать. Лежу в Киеве. Не покидают мысли: как там дома. У Оли уже была своя семья. Жили в другом селе. У моих родителей - проблемы с сердцем. На мужа надежды мало. Только на Толю. Чем я могла ему помочь? Только молитвами.

— Я справлялся, — говорит Анатолий. — Даже без отчима. Кормить хозяйство было чем. Коров (было две) доила соседка. С Серёжкой мы ладили. Больше всего он любил манную кашу. Хотя я ещё много чего умел готовить. Мама провела в больницах почти год. Когда вернулась, брат прятался от неё.

Вернулась на своих ногах. От ампутации спасли младшая (на год) сестра Валентина и её муж. Он военный. Помог определить Нину в госпиталь для ветеранов войны и репрессированных в Винниках Львовской области.

— Ампутировали только часть стопы. Операция была сложная, во время неё у меня на 45 секунд остановилось сердце.

За этот короткий миг я увидела свою смерть. (Специалисты утверждают, что умирающий мозг проявляет большую нейрофизиологическую активность. — Авт.) Она появилась в образе прекрасной женщины. Я не поверила. Пытаюсь подойти ближе, чтобы лучше рассмотреть. Но она отталкивает меня так резко, что становится больно. Как потом выяснилось, именно в этот момент применили дефибриллятор (прибор для электроимпульсной терапии. — Авт.). «А где смерть?» — первое, о чём спросила доктора, когда пришла в себя.

— Весёлая у нас мама, — говорит Анатолий. Они живут вместе. Оля тоже в Лубен-це. Со своей семьёй. Серёжа учится в Сновском высшем училище лесного хозяйства.

— А ещё веселее было с моим первым пациентом, — смеётся Нина Анатольевна.

— Среди зимы заходит в дом небритое чудо: во вьетнамках на босу ногу, прожжённых спортивных штанах, футболке и шапке-ушанке. Ищет мою маму. Говорит: «Не могу так больше». Бизнес пропил, семья распалась, ободрал со стен все обои, потому что нечем топить. Жаль его стало. Мама тогда ещё была жива (умерла 4 года назад), но лежала в больнице. Предлагаю: давай я попробую. Он согласился. Сделала всё так, как учили крёстная и мама. Третий раз приехал - совсем другой человек.

С тех пор (больше 5 лет) и принимает посетителей. На каждом из трёх сеансов читает по 3 молитвы. С собой надо привезти буханку хлеба. Но главное — желание избавиться от губительной привычки. Перед тем как ехать, сутки не употреблять алкоголь. После каждого сеанса 3 дня не смотреть телевизор.

— Электромагнитные волны угнетают иммунную систему, что замедляет выздоровление.

34-летняя дочь Нины Анатольевны занимается травами. Говорит: бабушка Мария подсадила на это ещё в детстве, когда брала с собой в лес и на луг собирать их. Теперь Ольга готова проехать десятки километров, чтобы найти нужную. Готовит отвары, мази по бабушкиным рецептам, которых не разглашает.

— Ты тоже умеешь колдовать? — спрашиваю Сергея.

— В основном над едой, — улыбается. Он учится на повара. — Хотя часто бывает такое: смотрю на человека и вижу, какая неприятность вскоре с ним приключится - споткнётся, упадёт, ударится. Картинка возникает сама по себе. Я сразу же предупреждаю.

... Вспомнив рассказ знахарки о том, что какая-то сила расправляется с её обидчиками, спрашиваю о мужьях:

— Получается, они обижали Вас больше всех.

— Петра уже давно нет — повесился. Слава через некоторое время вернулся в Лубенец. Жил в заброшенном доме. Сейчас в тюрьме - зарезал человека.

Может, совпадение, а может, и правда — наказание. Как знать.

— А какое самое приятное чудо в Вашей жизни?

— Мои дети...

Анна Ефименко, «Гарт» №42 (2950) от 17 октября 2019

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.

Теги: Лубенец, Корюковский район, знахарка, Нина Куницкая, Ефименко, Гарт

Добавить в:


ЦентрКомплект