Штукатурка на голову падает

Штукатурка на голову падает, крысы лезут, в туалет выходят на проезжую часть, воду носят в ведрах из колонки.
Так живет семья Новиченко в центре Чернигова.



Семья 52-летнего Василия и 47-летней Оксаны Новиченко 16 лет живет в бараке в районе Пятиуглов в Чернигове. По документам дом принят под снос. Одноэтажный, на четыре квартиры, без канализации, воды. Трещины вдоль всех стен, по потолку. Как только жильцы затевают стирку, воду носят ведрами от колонки, что в 200 метрах.

— Дом по улице 1 Мая, 41-а — 1907 года постройки. Жил богатый еврей, — рассказывает Василий Николаевич. — Владелец выехал, здание передали городу. В 1984 году жилье поделили на четыре семьи. Квартиры дали во временное пользование. Не приватизированы. Обслуживает нас ЖЭК.

Рядом стоял такой же барак. Говорят, в 1985 году, перед приездом Владимира Щербицкого, на то время первого секретаря Центрального комитета Коммунистической партии Украины, его снесли. Людям дали квартиры. На том месте сейчас магазин ритуальных принадлежностей.

Аккуратненько ступайте, чтоб не провалились, — ведет по кухне хозяин.

— Фундамент упал, доски легли на землю. С улицы крысы лезут. Слава Богу, газ не отключили. Отапливается одна комната. Топим-топим, а в минус 18 на улице у нас максимум плюс 14. В комнате, где спим, настелили ковров, ходим в валенках.

— Вы не представляете, как мы, живя почти в центре Чернигова, посуду моем, — говорит Оксана Ивановна.

— Воды ведь в доме нет. О стирке вообще молчу.

— Только представьте: зимой, когда гололед, с ведрами по горке. Туалет на улице, сидим, извините, напротив проезжей части, — не сдерживает эмоций Василий Николаевич. — В 2001 году наш дом получил статус аварийного, был вторым по городу под снос. Жильцам сказали, что они автоматически попали в очередь на выделение жилья.

10 лет назад у нас за стеной жила Матросовна. Ей и дочке (было прописано два человека) бывший мэр Александр Соколов выделил две квартиры. За другой стеной жила еще одна бабушка. К ней племянница прописалась. Бабулю сдала в дом престарелых. Квадраты приватизировала и хотела получить за них жилье. Но власти сказали: «На радиозаводе работаешь, квартиру дали, больше не получишь». Умудрилась это жилье даже продать. Естественно, прописалась куча людей. Третьей соседке, Бугровой Матроне Никитичне, предложили однушку после пожара на Ремзаводе. Отказалась, так тут и живет.

Трещины от потолка до пола, вдоль потолка пошли после того, как в дом врезалась грузовая машина два года назад («Весть» писала об этом 27 октября 2016 года). А в этом году начали отходить кирпичи от грубки. В декабре как шарахнула вся штукатурка на стол. Слава Богу, никто за компьютером не сидел. Прибило б.



Топим газом. Не дай Бог, обвалится или взорвется. Вызвали МЧСников. Приехали, посмотрели. Говорят: «Как вы здесь живете, в любой момент может привалить. Выселяйтесь». А куда? Эти 40 квадратов — единственное жилье, которое есть. Я работаю в горгазе, в аварийной службе. Жена вот только вернулась из больницы. Врачи поставили диагноз: бронхиальная астма.

Представители власти придут, пофотографируют и уйдут. Ходили в горотдел квартирного учета Черниговрады узнать, какие по счету в очереди на жилье. Замначальника Нина Джек-Курашвили говорит: «Все вы тут бегаете: подавай вам трехкомнатные квартиры». Да не нужно нам трешек. Пусть дадут, что положено. За все 16 лет нам ничего не предлагали.

Как-то уже покойная, царство ей Небесное, бабка Дора говорила, что бывшая власть квартиры за нас получила и давно пропила. Неужели такое может быть?

— А самостоятельно решить жилищный вопрос, купить что-то получше, не пробовали?

— Не получилось у нас. Заработанных денег не хватит, чтобы снять жилье. Сына выучили, отправили в Киев на заработки.

«Нужен инвестор»

— Об этом доме знаем, — говорит Михаил Католик, начальник отдела квартирного учета и приватизации Черниговрады. — Дом признан аварийным. Лично у них был, смотрел условия. Они стоят на очереди во внеочередном списке с 17 марта прошлого года 1071-ми. Жильцов и правда нужно отселять. На данный момент там проживает две семьи. Новых туда не заселяем. Здание действительно в плохом состоянии и может упасть. Но это не единственный такой дом. — А «мертвые души», как любит говорить Владислав Атрошенко, мэр города, там прописаны?

— Есть комната то ли 8, то ли 9 квадратов, в частной собственности. Прописано много людей.

Но как ситуация повернется с ними, не знаю. —Можно две семьи отселить в общежитие или в жилье из городского резерва, пока не найдется инвестор?

— Заселяем тех, кто потерял жилье. У них оно пока есть.

Если появится инвестор, который захочет застроить этот участок, он будет решать проблему с жильцами. Жилой дом там вряд ли можно построить. Скорее всего, участок можно использовать под коммерцию. Думаю, если появится застройщик, то его будет интересовать и соседняя земля. Если они немного подождут, есть все шансы получить не меньше квадратов, чем у них сейчас есть.

Юлия Семенец, «Весть» №8 (788) от 22 февраля 2018

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.

Додати в: