Тяжело больной черниговец лежит никому не нужный в больнице

Он лежит на больничной койке и еле дышит. Огромный живот. Ноги разведены, их нельзя свести из-за невыносимой боли. Очень распухла мошонка. Больной — 42-летний черниговец Владимир Волковский. На Шерстянке (район Чернигова) на улице потерял сознание. Прохожие вызвали «скорую», она и привезла его в городскую больницу №2.

— Больше всего боялся умереть в подвале, где жил в последние месяцы. Представлял, как превращусь в мумию, мои останки будут лопатами сгребать в ведро. Поэтому и шел к людям, — говорит Владимир.

— Врачи здесь сердобольные оказались, лечат бесплатно, — говорит мужчина.

— Как дожились до жизни такой?

— Родился я в Германии. Папа был командиром полка. Но родители развелись, когда я еще в школу не ходил, и мама приехала в Чернигов. Больше 20 лет проработала на мясокомбинате. Получила двухкомнатную квартиру на улице Коминтерна, 18/45. Я окончил школу №11. Забрали в армию. Нас отправили в Нагорный Карабах, где воевали между собой армяне и азербайджанцы. Служил я с 1988 по 1990 год. Степанакерт, Агдам, Ортени и другие горячие точки. Мы были как миротворцы. Стрелять не разрешалось, лишь в воздух. Из нашей роты погибло шесть парней.

Крыша от увиденного ехала, сердце болело. После дембеля нас отправили в военный госпиталь нервы подлечить. Кошмары, которые мучили ночами в армии, отпустили. Вернулся в Чернигов — женился, поступил в юридический техникум и пошел служить в милицию. Получил звание младшего лейтенанта. С 1992 года начал работать в патрульно-постовой службе, потом перешел в уголовный розыск, занимался несовершеннолетними. Прослужил два года 7 месяцев. Зарплату вовремя не платили, да и была она очень маленькая. А я к тому времени уже женился, родился сын. Нужно было семью обеспечивать. Ушел из органов.

Махнул на заработки в Италию.. Собирал виноград, помидоры, оливки на плантациях. Привез деньги, но отношения с женой после моего более чем годичного отсутствия охладели, у нее появился друг. Она собралась на постоянное место жительства в Израиль. Я подал на развод. Сына она забрала с собой. 9 октября ему исполнится 19. Но с 1998 года я его ни разу не видел. Потом я работал в Испании. Когда вернулся, оказалось, маму, которая начала выпивать, обработали «черные риелторы», отобрали квартиру. Дали ей какие-то копейки. И меня выписали. Так я стал бездомным. На заработанные в Испании деньги снял квартиру. Мама шесть лет назад умерла.

Ко мне вернулись кошмарные видения Карабаха. Кричал от ужаса во сне. Обращаться к психиатру боялся, поставят на учет в «дурку». На нормальную работу не устроишься. Покупал успокоительные препараты, чтобы крепче спалось. Не помогало. Стал на ночь глушить, сначала рюмку, а потом и стакан водки. Пристрастился.

— Десять лет Я прожил в гражданском браке с Марией Кудашевой, она моложе на шесть лет. Пока у меня были деньги, до тех пор и длилась любовь. Я еще и работал. В последнее время в фирме по изготовлению мебели на улице Попова зарабатывал 2400 гривен в месяц. Хотя и без трудовой. Из 75 человек оформлены легально были лишь 24. А как грянул кризис, нам сказали — до свидания. Меня и накрыло. Запил. С деньгами проблемы начались.

Мария оставила меня. Хорошо, что знакомый пожалел, пустил пожить в свою комнатушку в общаге на Текстильщиков, 23, за 250 гривен в месяц. У меня был порядок. Я не вор, старался со всеми жить по-хорошему, соседи меня жалели, подкармливали. Но перед новым 2012 годом, из-за ссоры с Марией, я снова начал выпивать. Однажды читал, уснул, спичка упала на постель. Сгорело и одеяло, и покрывало. Хозяин разозлился, сказал: «Убирайся! Мне ремонт нужно делать». Но я упросился до весны. Как потеплело, перенес уцелевшие вещи в подвал. Но в подвале спать холодно. Ночевал по подьез-дам, меня прогоняли.

Жил с того, что добрые люди дадут. Работать сил не было. Слабел с каждым днем. Весной у меня вздулся живот, и я упал на улице. «Скорая» отвезла в областную. Собралось шесть человек врачей, посмотрели, сказали: «У тебя цирроз печени, панкреатит, почки не справляются, жидкость не выходит из организма». Я умолял: «Откачайте хоть жидкость, задыхаюсь, ходить не могу» — не стали. Так я вернулся на Шерстянку в подвал. И жил в постоянном страхе, что умру никем не найденный. Последние недели спать не мог, так разнесло живот, на бок не повернуться, на спине лежать невыносимо. Сознание терял. Поэтому, как светало, выходил на улицу и был там до ночи, пока люди ходили.

— Владимир, пролечитесь, бросите пить?

— Буду стараться, не знаю, получится ли. Ведь после больницы, кроме подвала, мне возвращаться некуда, здоровья нет. Знаю, во многом сам виноват, но иногда обстоятельства бывают сильнее людей.

* * *

Бездомных собак жалеют, а это же человек. Находится он в отделении гастроэнтерологии горбольницы №2.

Сочувствующие мужчины и сердобольные бабы, ну?

Валентина Остерская, еженедельник «Весть», №29 (506)

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.