25 декабря утром возле мусорных контейнеров по улице Защитников Украины (бывшая Одинцова) в Чернигове рядом со спортивной школой нашли мертвым 44-летнего Александра Волосенкова. Родом из Горловки Донецкой области. Мужчина был одет, но без обуви. Голова сильно побита. Умер от болевого шока, вследствие множественных травм.
Похоронами занималась жена Александра Ирина Волосенкова.
— Нет больше Сашки, зятя моего, — берется за голову старенькая теща. — У них с Ирой, моей дочерью, дочь Софийка, седьмой годик.
У Саши в Горловке сестра, мама была. Он поехал к ней. Пробыл там некоторое время, сколько, уже не помню, голова совсем не варит. А потом вернулся в Чернигов, чуть больше года назад. Рассказывал, как жил. Там же война. Их ловили, вот эти бандиты, из ДНР чи ЛНР, чи Бог их там знает. Сидел месяц в каком-то подвале. Хотели, чтобы он воевал за них. Помог муж старшей сестры, у него высокое воинское звание. Он Сашу и вытащил из того подвала.
В субсидии нам отказали. Ведь Саша официально не работал. Нам подсказали: разведитесь. Вот они юридически и развелись. Сашка не очень хотел работать. Там хлопцы такие.
— Говорят, у него много разных татуировок на теле, он не сидел?
— А я откуда знаю. Я его что, раздевала или присматривалась? Мне скоро 70 лет. Я бы смотрела на молодых? И что там у них где напечатано?
Он сапожник. Мастер на все руки. Мог кроить, натяжки делать, конструировать модели. Но начал немного закладать и бросил это дело.
Почему он там оказался в ту ночь, мы не знаем. Утром 25 декабря к подъезду подошла женщина. Сказала соседу: «Я в 28 квартиру, сказать Ире, что ее мужа убили». Я открыла дверь, послушала ее, меня как обухом по голове ударило.
Сейчас Ира бегает, документы собирает. Похороны ж... Внучка со мной пока дома сидит. Я ее в садик отвести не могу, на костылях по квартире хожу.
Чтобы он лез в драку или еще что-то? Никогда не замечала такого. Больше я его ругала. Говорю: Саша, работать нужно, жить и выживать. «Да, — отвечал, — я уже буду работать». Другой раз: «Дайте мне на пачку сигарет». А у меня ж сердце не камень. Выняла сотню, даю и говорю: не пойдешь на работу, не вернешь мне эту сотню, больше на дам. И он возвращал. Подрабатывал. То в Киев ездил, то еще куда-то.
— Накануне ночевал дома?
— Нет, не ночевал. Но с дочкой разговаривал по телефону. Звонил ей всегда.
Полицейские нашли и задержали подозреваемого в убийстве, 33-летнего Александра Зотова. Говорят, компания гуляла на квартире у черниговца Сергея Карташа. Жильцы дома эту квартиру называют притоном. Говорят, сходятся к нему со всего Рокоссовского и Бобровицы. Часто соседи вызывают полицию.
— Не могу понять, как Саша мог оказаться в том притоне, — рассказывает мать Александра 56-летняя Ирина Зотова. — Накануне у него пропал телефон, дубленка, шапка. Где делись?
Говорят, убийство случилось в десять вечера 24-го. А Саша в одиннадцать был дома. Уголовники, которых полиция задержала, сказали, что мой Саша гулял там всю ночь, до утра. Нет. Не переживал, не нервничал. Только был пьяный. Пошел к себе в комнату и включил громко музыку. Слушал Лепса, «Нэнси», группы моей молодости.
Я ухаживаю за двумя старенькими людьми: 89-летним лежачим папой и женщиной. Ее дочь за границей, платит мне. Не думайте, что получаю золотые горы. Хватает, чтобы выжить. Старички живут у меня в квартире. Им громкая музыка мешала отдыхать. Сын на мои просьбы сделать потише не реагировал. Я вызвала полицию. Но в комнату к сыну они не зашли. Он закрыл дверь. Полицейские сказали, ломать не имеют права. Как, если я их вызвала в свою квартиру и прошу помощи? Я по образованию фармацевт. Мне показалось, что один из полицейских немного неадекватен. На следующий день позвонила на «горячую линию», оставила жалобу. Сашу утром видела. Встал, оделся, куда-то ушел, вернулся. Потом его задержали.
27 декабря ему избирали меру пресечения. Ходила в суд. Когда зачитывали обвинение, была в таком состоянии, что половину не запомнила и даже не поняла. Саша в зале суда попросил следствие разобраться. Сказал, что первым ударил того мужчину, но не убивал. Милиционер разрешил мне подойти к сыну, передать сигареты. Говорю: «Саша, неужели ты мог?» — «Я его бил, но не убивал». У него сильно болит голова. Говорит, что покойный ударил его в лицо.
После оглашения меры пресечения подошла к следователю, спрашиваю: подозреваемого нашли, задержали, а почему обыска не было? В пятницу пришли.
На суде зачитывали, что Саша был в синей куртке, в футболке, коричневых кроссовках. Так им сказали свидетели. А он был в черной куртке, черных ботинках, синих джинсах, белом с телесной вставкой свитере. Начали перерывать одежду. Понимаю, их работа. Нашли старые, которые никто уже давно не носит, голубые джинсы. Один из полицейских открывает шкаф и говорит: «Вот она, синяя куртка», — показывает легкую женскую кофту. — Говорю: она же женская, вы что. Он мой сын, но я его не защищаю. Говорю, в чем он был вечером 25-го, в том и забрали на следующий день.
— Саша был ранее судим?
— Нет. Полиции, думаю, лишь бы дело закрыть. (А вот в сообщении прокуратуры указано другое: ранее судимый, уроженец Российской Федерации. — Авт.)
— Саша не женат. Девушка была?
— Да. Четыре года прожили вместе. У нее ребенок есть. Но нам было тяжело, два больных старичка. Предложила молодым снять отдельно квартиру. Она психанула и ушла. А он сильно переживал, запил.
В прошлом году Саша работал в Бахмаче, в охране. Летом — в Равнополье на огурцах. Осенью — в Киеве, в охранной фирме. И работал, и дома мне помогал. Но выпивал. Нужно во всем разобраться, чтобы было честно.
* * *
Открыто уголовное производство по статье 115, ч. 1 (умышленное убийство) УК Украины.
«Весть» №1 (833) от 3 января 2019, Юлия Семенец, Тамара Кравченко
Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш
Telegram.
Теги: Волосенков, убийство