Кому не нужен торф?

О борьбе Смолинского торфобрикетного завода за свое выживание когда-нибудь романы будут писать. А кто-то из будущих режиссеров, возможно, и кино снимет — «Торф», по примеру знаменитейшей довженковской «Земли». Благо, фактажа для этого хватит: попыткам фактического уничтожения торфобрикетной энергетики в Черниговской области центральная и местная пресса уделила немало внимания.



Еще в 2003 году газета «Голос Украины» в публикации «Торфобрикет... обанкротился?» рассказывала, как завод сначала перевели в статус дочернего предприятия, а затем сделали филиалом «Черниговторфа»: «Какой может быть филиал, если завод является полностью самодостаточным предприятием? Но пока торжествует абсурд: завод не имеет прав юридического лица и не имеет своего счета в банке. Коллектив завода лишь имеет право работать и молиться на начальников в Чернигове, которые, держа в своем распоряжении все деньги и активы завода, время от времени бросают работникам очередную кость, исходя из архаических норм и минимумов оплаты труда».

7 сентября 2007 года печатный орган Верховной Рады Украины снова бил в набат: «В течение последних нескольких лет вследствие мероприятий, организованных черниговскими областными чиновниками при поддержке столичных, производство торфобрикета на заводе уменьшилось в 3,5 раза, а вместо местного торфобрикета, имеющего теплотворность до 5800 килокалорий и невысокую зольность (до 18%), на Черниговщину завозится донецкий низкосортный уголь с зольностью около 50%. К тому же тонна этого донецкого угля стоит на 25-30% дороже... Такая вот убедительная иллюстрация нашей энергетической «независимости» в отдельно взятой области Украины».

По сообщению Управления по делам прессы и информации Черниговской облгосадминистрации от 14 августа 2009 года, «на предприятии задолженность по заработной плате превышает 455 тысяч гривен, долги по налогам и сборам в целевые фонды — 6 миллионов гривен, сумма непокрытых убытков за 5 месяцев текущего года достигла 700 тысяч гривен. Анализ платежеспособности и ликвидности свидетельствует об очень высокой вероятности банкротства предприятия. Ухудшились и производственные показатели: добыто 16,5 тысяч тонн фрезерного топлива против 19,5 тысяч тонн за тот же период прошлого года, произведено 4 тысячи тонн торфобрикета на топливо против 5,3 тысяч тонн в 2008-м. Однако руководство «Черниговторфа» настроено более оптимистично...»



Шли годы, к власти приходили новые люди, однако «оптимизм дельцов от энергетики» оставался неизменным. Что и привело к новому конфликту, вынудив черниговских торфо-производителей в сентябре прошлого года обратиться к депутатам Верховной Рады. На этот раз яблоком раздора стала должность директора самого ГП «Черниговторф».

- Мы уже несколько лет отбиваем рейдерские атаки, направленные на захват нашего предприятия, — говорится в обращении. — В мае 2014 года директором ГП «Черниговторф» был назначен луганский представитель некоего ООО «Термо-Групп» Павел Яремко. Вся его деятельность была направлена на банкротство: блокировалась деятельность предприятия, заключались невыгодные контракты, наращивались долги...

В конце концов под давлением трудового коллектива и Черниговского областного совета Павел Яремко уволился. 8 августа 2016 года Министерство энергетики провело конкурс на должность руководителя ГП «Черниговторф», победу в котором «неожиданно» получил... очередной представитель той же «Термо-Групп» — уроженец города Стаханов (ныне Кадиевка) на Луганщине Владимир Потапенко. Заводчане предлагают оставить на должности нынешнего исполняющего обязанности директора госпредприятия Юрия Бондаренко. А тут еще Кабинет министров включил «Черниговторф» в приватизационные списки... Заводчане убеждены: Владимира Потапенко назначили, чтобы он подготовил «при-Хватизацию», и решительно заявили, что не пустят министерского ставленника на территорию предприятия.

- У меня такое впечатление, что сепаратисты сидят не на Донбассе, а в Киеве, в министерстве, — говорит начальник Смолинского участка по добыче торфа ГП «Черниговторф» (так теперь по документам называется завод) Андрей Страхов, с которым мы встретились 16 февраля. — Последние десять лет над заводом реально издевались, нас реально душили луганские бандиты. Зачем они сюда приходили? Сделать все возможное, чтобы завод не работал! Луганские хитро действовали: зарплату платили, а производство не позволяли запускать, продукцию не выпускали. Люди спрашивали: что нам делать? Траву, говорят, щипайте. Вот так в долги и загоняли. Когда мы сами завод запустили, в Киеве обалдели, потому что были уверены, что Смолинского торфобрикетного уже нет.

Его бы и не было, если бы не трудовой коллектив, взявшийся за дело своими силами, без «руководства» пришлых варягов.

- Через полгода, после того как мы отвоевали завод, он начал работать так, как до этого не работал последние 13 лет, — продолжает Андрей Львович. — Клиенты каждый день телефоны обрывают: давайте, давайте! Когда мы впервые план перевыполнили, то бухгалтерия долго вспоминала, как надо премию начислять. Разучились.

Наш торф — самый лучший в Украине, зольность маленькая! У других производителей ведро торфа в печь закинул - полведра золы выгреб. А у нас - на ведро совок. Сгорает все. Поэтому его охотно покупают. В Тернополь, например, машинами по 20 тонн каждая везут. Потому что им это выгоднее в пять раз, чем углем отапливать.

Тонна брикета для населения стоит 945 гривен, для организаций - 990. Недавно мы запустили линию по производству нового вида торфа -пылевидного. Он менее затратный, поэтому и стоит дешевле — 800 гривен за тонну.

Чтобы выжить, не в золоте купаться, а просто выжить, в месяц мы должны заготавливать не меньше 40 тысяч тонн торфа. Это реально. Но нужны подготовленные поля, техника и люди. Сейчас у нас работает около 70 человек, а нам нужно 100. Особенно не хватает трактористов. И необходимы хотя бы какие-то инвестиции от государства. Областная госадминистрация и областной совет сегодня стоят горой за нас, помогают чем могут! Однако в Киеве почему-то все тормозится. Нас продолжают душить, хотя потребность в торфе огромная! Особенно сейчас, в условиях фактической войны. Зачем области вообще нужен уголь, если запасов одного лишь смолинского торфа при полной загрузке предприятия хватит на 50 лет?! Все же отапливаются нашим брикетом -детсады, школы, ФАПы, сельсоветы. Финляндия вся живет на торфе, а мы что, самые глупые?

Вопрос риторический. Как и вопрос: кому выгодно?

Это было бы смешно, если бы не было так грустно: интрига продолжается! Не успел Смолинский торфобрикетный завод заработать, как в начале этого года концерн «Укр-торф» прислал измененный устав предприятия, которым суживаются права рабочих и возникает риск очередной остановки производства. К тому же по новому уставу завод можно ликвидировать без комиссии — путем реорганизации. Кому-то очень хочется, чтобы завод не дожил до своего 30-летия, которое приходится на 27 сентября 2017 года? Ну-ну...

Олег Яновский, "ГАРТ" №9 (2814) от 02 марта 2017

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.

Теги: «Черниговторф», с.Смолин, торф, завод, Олег Яновский, "ГАРТ"

Добавить в:
Армения



ЦентрКомплект