Глухонемого парня избили теперь не найдут виновных

К нам часто обращаются люди за помощью. Две недели назад в редакцию пришла 60-летняя Любовь Литвин из Бобровицы.

— 20 августа моего сына Юру сильно избили, — рассказывает Любовь Ефимовна. - У него сотрясение головного мозга, перелом носа, смещение шейных позвонков. Это сделал армянин Михаил Антонян, которого из-за его агрессивности боится весь райцентр. Поэтому свидетели отказываются что-либо говорить, врачи сначала поставили неправильный диагноз, а в милиции не хотят возбуждать уголовное дело. Как только стражи порядка слышат, что это сделал Антонян, сразу же советуют забыть об этом, мол, только врагов наживете. Возможно. Но если оставить его безнаказанным, то в следующий раз он побьет еще кого-то. Кто-то же должен поставить Антонина на место?..

— А почему Ваш сын сам не пришел? — спросила я.
— Юра — инвалид III группы с детства, ничего не слышит и объясняется только жестами. У меня трое сыновей: 33-летний Игорь - он здоров, а 38-летний Олег и 36-летний Юра — глухонемые. Игорь с женой живут отдельно. А Олегу и Юре мы с мужем купили в другом районе города домик. И хотя он недостроен, ребята летом живут там. А зарабатываем на жизнь мы тем, что держим СТО: и муж, и ребята могут любую машину отремонтировать. Да и другую мужскую работу знают: и фундамент залить, и дом построить, и забор поставить.

— На все руки мастера?
— Да. Но когда не пьют. А выпивают они, когда пенсию получают. Неделю не просыхают, а потом, протрезвев, опять начинают работать не покладая рук. В тот день, 20 августа, Юра был трезв: сначала занимался машинами, потом играл на компьютере. Ушел от нас где-то в девять вечера, пообещал прийти рано утром и помочь, потому что 21-го мы собирались за трактором выбирать картофель. Но не пришел, и я послала к нему Игоря, чтобы он посмотрел, что с братом, где он. Юра лежал дома, закутанный в одеяло, весь побитый, лицо синее. Жестами он объяснил брату, что выпил, я ужи не знаю где, и что по дороге домой его обступили несколько человек и стали над ним словесно издеваться. Сын показал армянину дулю. Тот разозлился и избил Юру. Сын упал, некоторое время был без сознания, а потом кто-то его отвел домой, правда, мы так и не поняли кто.

Игорь вызвал «скорую». Я тем временем поехала к Антонянам. Рассказала матери Михаила, что ее сын побил моего. Она пообещала поговорить с Михаилом, мы обменялись телефонами, и я уехала домой. С мужем мы решили, что о таком случае нужно сообщить в милицию. Но сразу этого не сделали, а уже через какое-то время позвонила мать Антоняна. Я сдуру рассказала о наших планах, и она попросила, чтобы я не писала заявление, предложила взамен деньги. Я отказалась... А когда я все же сходила в райотдел, ребята из той компании уже сговорились и, чтобы выгородить Михаила, стали рассказывать, что Юра был настолько пьян, что не мог держаться на ногах, что они поднимали его с земли, чтобы довести домой, а Юра падал снова и снова. Потом это стала говорить и мать Антоняна. Когда я согласилась на материальную компенсацию, попросив на лечение сына 600 долларов (именно столько мы потратили), ответила, что я не получу ни копейки, потому что ее сын не виноват, а я ее шантажирую. Армяне уже поняли, что за это избиение им ничего не будет. Но разве можно так упасть, чтобы свернуть шею?.. Что касается Юры, то в больнице его осмотрел дежурный врач, посоветовал, когда придет лечащий врач, сделать рентген и томограмму головы. Но врач-травматолог местной ЦРБ Александр Шиш (он должен был заниматься сыном) не захотел осматривать Юру, хотя у него были все признаки перелома носа и сотрясения мозга. Несмотря на это, Александр Михайлович собирался его выписать уже на второй день, чтобы мы лечили сына дома, потому что, я думаю, что ему уже заплатили. Однако после осмотра лора обнаружили тот перелом, а после осмотра невропатолога — сотрясение головного мозга. Юру перевели в неврологию. Кроме того, я добилась, чтобы сына осмотрели в областной больнице, там и обнаружили смещение шейных позвонков. Посоветовали два месяца носить шейный ворот. Но мы по дороге в Бобровицу заехали к бабке-костоправке, и она «исправила» шею.

Врач-травматолог Бобровицкой ЦРБ Александр Шиш, у которого я спросила об этой истории, только рассмеялся:
— Вот так всегда: делаешь людям добро, так тебя еще и обгадят! А о том, что ее сыну из-за сотрясения головного мозга был рекомендован постельный режим, а он каждый вечер из больницы бегал за бутылкой, она не рассказывала? А как мы просили ее, чтобы она как-то повлияла на своего Юру, потому что вечерами, когда все врачи расходились, сидел часами в туалете, курил и пил, а когда ему делали замечание, показывал медсестричкам неприличные жесты, тоже забыла? И то, что ее сын - абсолютно асоциальный человек, не сказала? Парни ведь пьют, и хорошо пьют! И если Олег, когда выпьет, ведет себя спокойно, то Юру всегда тянет на приключения — то витрины побьет, то в какую-то драку влезет. Мать сама уже не может справиться с сыном, вот и перекладывает свои проблемы на других. Что касается обвинений, то сотрясение мозга — это неврология, нос — отоларингология. А на боль в шее на момент моего обхода больных он не жаловался. Скажу больше: когда я перевел Юру в неврологию, его мать приходила ко мне и обещала найти на меня управу - пожаловаться главному врачу, в Чернигов, в Киев.

А вот реакция семьи Антонян меня удивила. Сначала вышла мать Михаила, извинилась, что не может пустить во двор, потому что у них злые собаки. Сказала, что ее сын — золотой человек и никого побить не мог, а поговорить со мной он не может, потому что работает в другом городе. Его мобильный она дать отказалась. Потом выскочил брат Михаила:
- Да кто вы такие? Никто с вами разговаривать не будет. Мы запрещаем вам писать об этой драке! А если вы напишете, то в вашу контору приедут и объяснят, о чем вы имеете право писать, а о чем нет!

В Бобровицком райотделе милиции хорошо знают и Антоняна, и Литвина — пьют и дебоширят и один, и другой. К сожалению, во время моего приезда в райцентр начальника Бобровицкого райотдела Игоря Пузикова на месте не было. В телефонном режиме он мне сказал: «Уголовное дело мы не возбудили, потому что свидетели утверждают: никто Юрия Литвина не бил, он был настолько пьян, что не мог стоять на ногах и все время падал. Не верить их словам у меня нет оснований. Да и что я могу сказать, если и Литвин, и Антонян имели по нескольку приводов в милицию за хулиганство».
Вот так!

Ольга Мусий, еженедельник «ГАРТ» №39 (2532)

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.