Суд за четыре сотки земли

Каждый раз, когда в нашу редакцию обращаются люди с той или иной земельной проблемой, мы удивляемся: оказывается, этих проблем настолько много и они настолько разные, что нарочно вроде и не придумал бы.
- Мои дедушка и бабушка живут в Карховке Черниговского района, - рассказал черниговец Вячеслав Ващенок, который пришел в нашу редакцию. - Более 20 лет назад колхоз предоставил им в пользование земельный участок, часть которого теперь хочет забрать один врач из Чернигова, купивший в Карховке дом под дачу. Вот и судятся уже четвертый месяц.

Все из-за неправильного документа

Когда мы подъехали ко двору супругов Петра Ивановича и Евгении Анисимовны Шолох, старики уже ждали нас у калитки.
- Да вы проходите, проходите в дом. Очень приятно с вами7 познакомиться, - засуетились они.
В доме к нам присоединились их дочери — Нина Ващенок и Татьяна Шолох.
- Этот огород у нас уже 23 года, - начала рассказ Нина. - Дали его отцу. Он в колхозе до 75 лет работал - то трактористом, то конюхом, то смотрителем скота, то разнорабочим. Обрабатывали мы этот участок постоянно, никогда земля у нас не пустовала. А тут свалилось такое горе - приехали дачники, купили дом рядом с нашим участком и захотели приватизировать землю возле него. Как-то прибегают к нам соседи и говорят, что на нашем участке ходит землемер -дачник его привез. Для чего? Пошли на участок (он у нас не возле двора, а метров за сто от него), и действительно нам показали черновик плана с новыми границами земельных участков на нем. Мы - к председателю сельсовета. Как оказалось, он об этом перемеривании тоже не знал.

- Три года назад один черниговец купил в нашем селе дом, - объясняет председатель Карховского сельсовета Владимир Бобок. - У этого дома согласно шнуровой книге была 21 сотка земли. Бывший сельский председатель!, не проверив, сколько за этим зданием закреплено земли, выдала распоряжение, что исполком не против, чтобы этот мужчина взял 25 соток для обслуживания жилого дома (обычно у домов именно такой участок). Через два года тот мужчина пригласил сюда представителей «Чернигов-ГЕО», показал, что у него есть разрешение на приватизацию 25 соток, и попросил отмерять эту землю. Смежные с его участком - участки Михаила и Петра Шолохов (они однофамильцы), за участком Петра Шолоха - земля Веры Власенко. На каждом участке - дом, только у Петра Шолоха одна земля. До сих пор дачник почему-то считает, что у Петра Ивановича нет на этот участок никаких документов и, соответственно, он незаконно пашет землю. Хотя почему незаконно? Известно, что было решение исполкома сельсовета, согласно которому этот участок предоставили Петру Шолоху в пользование. Но нет - дачник все равно просит отмерять ему 25 соток. Берет подписи на разрешение приватизировать «свою» землю у Михаила Шолоха и Веры Власенко, которая, кстати, обрабатывает землю, но не имеет документов, что та земля принадлежит ей (дом остался ей от родителей). Я подписывать тот документ отказался, пока свою подпись не поставит Петр Шолох, ведь именно его участок смежный с участком того черниговца, а совсем не участок Веры Власенко. А он (дачник из Чернигова) взял и подал на сельсовет в суд. С марта этого года и судимся. Вот 5 июля еду уже на шестое заседание (с председателем сельсовета мы встретились 30 июня. — Авт.).



«Боремся не за землю»

Поступком врача возмущено все село.
- Как же это так? Обрабатывал человек всю жизнь землю, а ее так просто можно взять и отобрать? - говорят люди.
- Вот видите, вся община подтвердит, что землю мы обрабатываем уже более 20 лет, - говорит Татьяна Шолох. - Но для дачников это не аргумент. Вот и выходит, что за нашу рожь мы еще и побиты.
- Дачник подал в суд на сельский совет, поэтому мы, выходит, в этом деле третье лицо, - добавляет Нина Ващенок. - Вот я езжу в Чернигов за отца по доверенности, но кому нужно мое мнение? А его самого повезти на суд не могу - он страдает аденомой. Да и мама едва ходит - вон согнута вдвое. А нужно было бы показать судьям, с кем тот мужчина судится! Боремся мы не за участок, уже как-то прокормим родителей, боремся мы за справедливость! Где же она? Старикам земля уже не нужна, ведь обоим уже за 80, но досадно. Посмотрите, сколько у них благодарностей и медалей! - Нина Петровна раскладывает все богатство ветеранов на столе. - Сколько они перетерпели на своем веку! Маму на три года в Германию отправили, отец с 17 лет в партизанском отряде, участник боевых действий, оба - ветераны труда, а никто и слушать не хочет. Только и слышим от судьи: «Не имеет значения». А что же имеет? Деньги? Что же это у нас за законы такие?
- А что законы? - с иронией добавляет Татьяна Шолох. - Законы у нас - как дышло: куда повернешь -туда и вышло.

Споры из-за заезда

- А эти люди местные, - продолжает Нина Петровна. - В свое время продали родительский дом, убежали в город, а теперь вернулись. Ну и хорошо, мы к ним с открытой душой, как ни крути — земляки. Два года все было спокойно - жили ладно, здоровались, общались, а потом они решили расширить свой участок.
- Никогда ни с кем не спорил, ко всем нормально относился, а они ко мне враждебно, — горько улыбается Петр Иванович. - А почему? Когда они только приехали, мы побеседовали по-хорошему. Я показал этому дачнику, где у нас межа. Вроде бы все хорошо, а потом...

Оказывается, 23 года назад земельные участки были разделены немного не так, как сейчас.
- На наш не было заезда, - объясняет Петр Иванович. - Поэтому мы с тогдашней соседкой, старенькой бабушкой, решили разделить их по-своему. Я сбоку отдал ей на полторы сажени земли по всему огороду, а она мне - часть своего от улицы, чтобы можно было заехать на наш участок. Ведь с другой стороны у нас была железная дорога и немного земли других людей. Мне не хотелось каждый раз гонять технику на свой огород через чужие участки. А дом этот перепродавался несколько раз, и каждый раз хозяева соглашались с таким разделом. А вот этим уже не подходит.
- Они решили отгородиться от улицы так, как им удобно, - добавляет Нина Ващенок. - Потому что хотят здесь ульи поставить. Для этого им нужен наш заезд. Говорят, берите себе кусок земли за огородами. Но ведь это не наша и не их земля. Это во-первых. А во-вторых, как же нам тогда на огород зайти? Залетать самолетом или как? Они же через свой двор нас пускать не будут.

- Жаль, что представители суда не выезжали на место, - говорит Владимир Бобок. - Может, если бы увидели, в чем дело, то быстрее все решили бы.
- Никогда такого в селе не было, чтобы соседи даже не здоровались, - грустно говорит Евгения Анисимовна. - Как же тогда и жить, когда дома рядом, а мы враждуем? И за что враждуем? Земли мало! Смешно и сказать. Сколько той земли в селе пустует, а подавай ту, которую другие обрабатывают! Обидно!

P.S. 5 июля на суде решение опять не приняли, следующее заседание должно состояться 13-го. Доктор-истец давать комментарии до вынесения решения суда отказался, мол, хочет, чтобы все было по закону, поэтому и будет говорить, когда свое слово скажет закон (именно поэтому его имени мы пока не называем). Но, возможно, «слово закона» придется ждать долго. Почему так думаем? Потому что несколько дней назад в редакцию пришло письмо из Козельца, в котором супруги ветераны Костенко описывают абсолютно идентичную проблему, которая рассматривается в суде уже три года (!).




Владимир Бобок

Екатерина Дроздова, еженедельник «ГАРТ» №27 (2520)

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.