Тамара Евсеенко махнула ножом в сторону третьего мужа

21 ноября в Чернигове произошло очередное убийство. От удара ножом, вследствие обильной кровопотери, погиб 31-летний Роман Николаев. В убийстве подозревают сожительницу Романа, 45-летнюю Тамару Евсеенко. Она роковая женщина. Мужчины, которые ее любят, долго не живут.

Тамару Арнольдовну застала дома. Суд отпустил ее из изолятора временного содержания. В бедной комнате семейного общежития худенькая женщина, совсем не похожая на душегуба, рассказала о том, как стала «черной» вдовой.

— Мой папа был военным. Нынче родители уже покойные. Жили мы в Киргизии. Там и познакомилась с первым мужем Александром. Он был сверхсрочник, музыкант. Такой виртуоз, что мог играть на гитаре, даже заложив руки за спину. Папа снял для нас дом. Но муж настоял, чтобы мы переехали в Чернигов. Здесь живет его семья. Приехали мы в 1987 году. Свекровь меня невзлюбила. Мы жили по квартирам. Родилось трое детей: Саша, Толик и Люся.

— Где они сейчас?

— Уже взрослые. Саша в тюрьме, вроде бы за наркотики.

Толик подрабатывает на стройках. У Люси ребенок родился. Мы почти не общаемся. Я для них убийца отца. — Бережно показывает фотографию всех троих в рамочке.

— Я работала на ЗАЗе буфетчицей и получила эту комнату, 17 метров. Сюда мы и переехали с детьми. Жизнь не заладилась. Мужу казалось, что я ему изменяю. Выпивки, ссоры, рукоприкладство. Дочке не было шести лет, когда все это случилось.

Перед Пасхой, в 1999 году, муж бил, соседи слышали, но не вмешивались. Я схватила нож и ударила его в сердце. В этой же квартире, возле порога. Вызвала «скорую» и милицию. Никуда не убегала, сама протянула руки в наручники. Свекровь забрала детей. Мне дали 9 с половиной лет. Отправили в Харьков на зону. Ни передач, ни свиданий. На мне только летняя одежда. Хорошо, что мастера помогали. Я работала на швейном производстве. Брат узнал, что меня посадили, когда приехал в гости. Он жил в Запорожье. Искал, куда меня отправили. А в 2001 году и он попал на зону.

Я отсидела от звонка до звонка. Вернулась в Чернигов. Устроилась швеей на частное производство. Полгода проработала. Потом ушла, зрение никудышнее.

— Тамара, на что же вы жили?

— Мелкие подработки. Появился сожитель Сергей Пацюк. Мы с ним два года прожили. Однажды он перелезал ко мне через балкон и разбился. Комната на пятом этаже. Он упал с высоты. Тогда говорили, что, мол, я ему помогла и я виновата. К счастью, у меня было алиби. В то время я у друзей была.

Прошло почти два года. Рома жил этажом ниже вместе с отцом. Мать давно умерла. Мачеха ушла. Есть у Ромы гражданская жена и дочка. Девочке где-то восемь лет. Он жил в примах в районе ЗАЗа. Работал поваром-сушистом в «Союзе». Любил выпить. Рассказывал, что, по настоянию жены, несколько раз кодировался. Но срывался. Последнее время подрабатывал в гараже у частника. Вот он какой симпатичный.

Тамара показывает фото Николаева.

— Вы старше Романа на 14 лет. Измученная жизнью. Что он в вас нашел? Возможно, вы особенная в постели?

В ответ женщина только улыбнулась.

— Он любил меня, и я его любила. Пока не бил. История повторилась, как и с первым мужем. Романа душила ревность. Одно время он хромал, повредил ногу. Ходил на костылях. Я за ним ухаживала. Хотела пойти в троллейбусное депо кондуктором, я там раньше работала. Не пустил: «Там мужской коллектив, будешь б...»

Собиралась на рынок устроиться: «Не ходи. Там грузины, армяне тебя будут т....» С того и жила, что у какой-то бабушки уберу, кому-то побелю. Его ревность меня бесила. Однажды я сказала: «Ты меня доведешь. Или из-за меня тебя убьют, или я тебя». «Лучше сдохну, но тебя никому не отдам», — ответил он.

Меня на районе стали называть «черной вдовой». Я не обижалась. Так и жили. Рома часто меня избивал. Летом так дал, что в гипсе ходила.

— Да-да, — подтверждает брат Александр. — Приехал, смотрю, лицо — сплошная гематома.

Меня не проведешь. Понял, откуда побои. Дал Роме в челюсть. Так сестра на меня накричала и выгнала: «Не мешайся в нашу жизнь». Если бы тогда заявила в милицию, нынче был бы аргумент в защиту. А так, сколько раз он ее голую за трусы по общему коридору таскал, лупил.

В пятницу, 21 ноября, на Михаила, я приехал в гости к сестре. Пришли друзья, сели, выпили за встречу, за праздник. Около трех часов дня сестра говорит: «Мы с Ромой поспим, а вы пойдите погуляйте». И я ушел. Так и заночевал у знакомых.

— Мы поспали, — продолжает Тамара. — Потом Рому начала душить жаба, придираться стал. Спрашиваю его: «Есть хочешь?» Там закуска осталась. Хлеб порежу, что-то еще приготовлю. И пошла к столу. Стою, режу. Он подходит, и в левую челюсть — раз. В переносицу — два. Я как стояла, так ножом и махнула в его сторону, защищаясь. Попала в правую часть грудной клетки. Он застонал и пошел, лег. Я кинула нож. Была кровь.

— Почему «скорую» не вызвали? Спасли бы.

— Я не в том состоянии была.

Вечер. Меня колотило. Собралась и пошла к подруге. Все ей рассказала. Она не поверила. Сказала: «Ты чокнутая». Я заснула. В начале восьмого утра повела ее удостовериться. Наташка побоялась заходить. Осталась под подъездом. Я зашла. Рома лежал на полу в луже крови. Я так испугалась, что даже дверь не закрыла. Выбежала на улицу. В это время брат вышел покурить на балкон в квартире товарища. Я все ему рассказала. Он позвонил в милицию. А я напилась. Экспертиза показала 3,2 промилле алкоголя в крови. Сначала милиционеры

подумали, что это брат убил. Ведь я худенькая, а Ромка плотный был. Но выяснилось, что брат ни при чем. И меня забрали. Пару дней побыла в изоляторе временного содержания.

— Сожалеете, что убили Александра и Рому?

— Сашу — нет. Рому — да.

Как оказалось, последние годы на свободе у Тамары Арнольдовны были очень бурными. В 2012 году она отсидела под арестом в СИЗО четыре месяца за нарушение админнадзора, не ходила отмечаться как судимая. В 2013 году получила год условно за кражу. Сняла с чужой карточки 200 гривен, так она пояснила. И снова ее ждет казенный дом.

— Рома был неконфликтным человеком, — рассказывают соседи. — Водка его погубила. Работал до первой получки. Потом запивал. Мачеха пыталась его приструнить, а он отвечал: «Я хочу свободной жизни!» Отец его ведь тоже пил, был кодирован. Одно время завязал. Родилась внучка, Ромина дочка. Он замочил и уже не смог остановиться. Допился до того, что в комнате отрезали свет. Жил как бомж. Рому гнал из комнаты. Тому негде было деться и он пошел к Тамаре. Так и остался. Чем еще она его взяла. Говорят, однажды летом Томка под подъездом хвасталась: «Если захочу, все мужики мои будут». Отец умер. Роман пережил его всего лишь на 22 дня.

Похоронила Рому гражданская жена.

За умышленное убийство подозреваемой Евсеенко светит от 10 до 15 лет.



Валентина Остерская, "Весть" №48 (620) от 27 ноября 2014

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.