29-летний Дмитрий Гутник умер от аппендицита

5 августа было девять дней со дня смерти черниговца Дмитрия Гутника. Он вместе с родными и друзьями отдыхал на Голубых озерах. Ночью ему стало плохо. Начались боли в животе.
Сделали две операции в Черниговской горбольнице №3. Через неделю мужчина умер.

— 21 июля мы поехали отдыхать на Голубые озера. 19-го у Димы был день рождения, — говорит 30-летний Евгений Гутник, брат Дмитрия. — Брата тошнило. Болело возле желудка. Он не ел, не пил. Около девяти вечера ему стало совсем плохо. Пил активированный уголь. После трех ночи начались резкие боли. Отвезли Диму в Репкинскую районную больницу. Вызвали врачей. Они приехали быстро. Сделали анализы. Оказалось, аппендицит. Поставили капельницу. Врач спросил: «Что будем делать? Резать здесь или повезете в Чернигов?» Я поинтересовался, можно ли Диму перевозить, трогать, не станет ли ему хуже. Он ответил: «Мы его прокапали. До Чернигова доедете без проблем». Решили, что повезем. Приехали во вторую городскую больницу в Чернигов. Там сказали, что дежурит третья. Поехали туда. Пришел врач Игорь Ведмидь вместе с практикантом или интерном, по нашему мнению. Посмотрели брата, выписку из Репкинской больницы.

Операцию назначили на 22 июля.

Позже Дима мне сказал, что хирург предложил сделать операцию лапароскопом. Она дороже, 3000 гривен. Но лучше, Дима быстрее станет на ноги. Я поинтересовался, когда нужны деньги. Дима успокоил — все перед выпиской. Но платить не пришлось.

— После операции Дима жаловался на боль в животе. Говорил, что живот вздувается. На жалобы брата врачи не реагировали, — утверждает Евгений Гутник. — Сказали, что после операции такое бывает. На второй день брат почти не вставал с кровати. Иногда только поднимался, медленно подходил к крану, чтобы намочить голову. Живот не переставал болеть. Поднялась температура. Врачи ему назначили свечи.

Я уехал на работу. Тружусь водителем в Носовке. Вожу людей в Киев и из Киева. Дима работал вместе со мной. Проведывать брата ходила мама. По телефону она говорила, что попросила врачей сделать брату УЗИ. После УЗИ оказалось, что это не вздутие живота, а жидкость, которая скопилась. Она должна была выходить через дренаж, но оставалась в животе. Когда брат перевернулся, жидкость потекла не через трубку, а из раны. Вся рубашка была мокрая. Хирург почему-то на это не отреагировал. Сказал маме, что резать пока не будем. Пропишем более дорогие лекарства. И жидкость сама рассосется.

— 26 июля, в субботу, Диме сделали вторую операцию, — говорит 24-летняя Екатерина Гутник, жена Димы. — Врачи сказали, что жидкость плохо выходит. Ее нужно откачать. Ничего серьезного. В понедельник я приехала утром около одиннадцати. Врачи сказали, что у Димы воспаление легких. Потом позвонила мама: «Димы больше нет».

Когда мне дали объяснительную врачей, там было написано, что за Димину жизнь боролись с 11.45 до 12.15. Врачи сказали, что это просто стечение обстоятельств. Они не ожидали, что аппендицит можно так запустить.

Говорят, желчь, которая вытекала, поразила внутренние органы, обожгла легкие.

Причина смерти — почечная недостаточность. Эту справку нам написали, чтобы мы могли забрать тело и похоронить. Через месяц будут выводы судмедэкспертов.

— Диагноз разглашать мы не имеем права, — комментирует начмед больницы Наталия Бабкина. — Сейчас идет следствие. Операция была экстренной. Зашли лапароскопом, увидели аппендицит и тут же его удалили. Там был гангренозный флегманоз. Операцию делали Ведмидь и заведующий хирургическим отделением. Никаких практикантов и стажеров у нас нет, кроме семейного врача.

— Может, операцию нужно было делать сразу, в Репках, не откладывая?
— В какой больнице прошла операция, роли не играет. Операции лапароскопом делаем 10 лет. Хирург Ведмидь проводит такие операции с 2007 года. В прошлом году из 123 операций на лапароскопе он сделал 96 операций высокой сложности. Это первый случай с летальным исходом. Пока идет следствие, мы не можем утверждать, что операция привела к смерти. Когда будут официальные заключения, тогда можно делать выводы.

— Может, пошло заражение после первой операции?
— Нет. Такого быть не могло.

— При таком диагнозе какова вероятность летального исхода?
— Можно поранить пальчик, получить столбняк и — летальный исход. Каждая операция это большой риск. Когда больной идет на операцию, врач предупреждает о том, что могут быть осложнения.

— Вздутие после такой операции — это нормально?
— Оно может быть после любой операции. Я глубоко сочувствую родным.
Все врачи, которые делали операцию, работают. Семья Гутник обратилась в милицию.

Юлия Семенец, Виктория Товстоног, еженедельник «ВЕСТЬ» №32 (604)

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.