Оплати чужие долги

Прошло два года, как мы писали об одной из долгожительниц Черниговской области - тогда еще 105-летней Александре Анякиной. На днях она снова дала о себе знать. Правда, повод в этот раз был не из приятных – на 107-летнюю пенсионерку «повесили» чужой долг за отопление в две тысячи гривен.

Родилась Александра Петровна в селе Засулье Сумской области, но после свадьбы вместе с мужем Антоном Данииловичем переехала в Ромны. Потом Антона Анякина перевели в Чернигов (он занимал одну из руководящих должностей в военкомате), и семья опять переехала. Когда началась война муж ушел на фронт, а жену с двумя детьми, 16-летним Колей и 13-летней Валей, отправил на Урал, в Чкаловскую (сейчас Оренбургская) область. Оттуда семья Анякиных вернулась в Ромны. Сначала жили у свекрови, а после возвращения Антона построили себе отдельный дом. Время шло, дети разъехались. Возможно, так и осталась бы Александра Петровна навсегда в родных краях, но умер Антон Даниилович. И дочь Валентина, которая во второй раз вышла замуж за летчика, Героя Советского Союза Константина Давиденко, и жила в Чернигове, решила забрать маму к себе. Быстро промелькнули 20 счастливых лет жизни с детьми. А потом... Сначала неожиданна умерла Валентина, а через полгода после нее - и зять Константин.
- С того времени и начались наши проблемы, - вздыхает 57-летняя дочь Валентины Давиденко от первого брака Неонила Василевская. - В 2004 году после маминой смерти ее часть квартиры поделилась между мной, бабушкой и моим племянником, маминым внуком Женей. Всем родственникам отчим говорил, что в будущем здесь жить буду я и всячески уговаривал, чтобы я как можно скорее переехала в Чернигов (тогда я жила в Минске). Но вскоре после маминой смерти у меня случился инфаркт, поэтому пришлось вернуться в Беларусь, чтобы оформить документы на инвалидность. С отчимом и бабушкой мы договорились, что заключим договор об их пожизненном содержании мной, чтобы потом не было проблем с квартирой. Я надеялась, что перееду сюда и буду ухаживать за ними, но... За три дня до того, как мы должны были заверить документы об этом пожизненном содержании у нотариуса, отчим умер. Его наследники - дочь и два внука - быстренько вступили в право собственности. Я просила их лишь об одном - не продавать свои части квартиры до тех пор, пока тут будет жить бабушка, ведь это ее дом. Ну как можно нормально чувствовать себя, если рядом по комнатам будут ходить чужие люди? Они подождали, но только три года.

В 2008 году 5/16 квартиры (две части наследников отчима) были проданы жительнице села Лихачев Носовского района Ларисе Гриценко. Поскольку собственность каждого наследника не была выделена в натуре, через суд она установила свое право собственности на комнату площадью 11,6 квадратных метров с лоджией площадью 1,4 квадратных метров. Еще две комнаты остались в общем владении Александры Анякиной, Неонилы Василевской, Евгения Танабаева и внука Константина Давиденко — Константина.
- Я каждый месяц плачу по квитанциям за себя, Неонилу и Женю, - говорит Александра Анякина. - А тут недавно приходит бумага из суда, в которой написано, что я должна за отопление две тысячи гривен. Откуда взялась эта сумма?

- Мы постоянно пересылаем бабушке деньги на оплату всех счетов за квартиру. Валя (это знакомая, которая ухаживает за ней) тщательным образом собирает все квитанции, - Неонила Жауатовна раскладывает на столе целую кипу бумаг. - А тут этот документ из суда о задолженности. Сначала я подумала, что, возможно, Лариса не платила за свою часть. Но она показала свои квитанции об оплате - у нее все в порядке. Позже оказалось, что две тысячи - это задолженность внука моего отчима Кости. Но почему за него должна платить бабушка? Пока три года никто не трогал эту квартиру, мы исправно за все платили, но после продажи комнаты решили вносить деньги лишь за себя. Проблема в том, что лицевые счета между владельцами не разделены, поэтому каждый платит за квадратуру, которая ему принадлежит. Вот и вышло такое... Я ходила во все возможные инстанции, чтобы разобраться, почему именно на бабушку «повесили» чужой долг. Но всюду только разводят руками: «В квартире зарегистрирована только Александра Анякина». Действительно, зарегистрирована только она, зато владельцев сколько! Почему не разделили этот долг между всеми, если уж не смогли найти виновного? На все ответ один: «Сколько там у вас владельцев, мы не знаем, у нас нет таких документов». Правда, когда я обратилась к депутату Новозаводского районного совета Владимиру Велигорскому, он вошел в нашу ситуацию, сам звонил в несколько инстанций. Но, выяснив подробности, сказал, что теперь у нас есть только один выход - подавать на недобросовестного наследника в суд. Но как? Во-первых, я живу в Минске, во-вторых, я инвалид второй группы, перенесла четыре инфаркта, операцию на сердце, поэтому физически у меня нет сил для всей этой судебной волокиты. И опять же, на это нужны немалые деньги. У бабушки пенсия небольшая, у меня тоже. Я решила, что судиться будет дороже. Как-то уже по частям выплатим те две тысячи. Вот только что будет дальше? Через год бабушке опять принесут чужой счет? В свое время я хотела забрать ее в Минск, но она наотрез отказалась: «Буду умирать только в своем доме!» Если бы она согласилась, этих проблем не было бы. Думаю, что даже статья в газете не поможет решить нашу проблему, но хочется, чтобы о ней хотя бы услышали, и тогда, может, станет стыдно внуку отчима и тем юристам, из-за недобросовестной работы которых страдают люди.

Екатерина Дроздова, еженедельник «ГАРТ» №27 (2572)

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.