«Мужчины готовят, чтобы было вкусно. А женщины — потому что надо»

Напротив городской налоговой в Чернигове, через дорогу, работает грузинская пекарня «Шоти». Сразу, как входишь, — открытая витрина.

На ней с десяток разнообразной выпечки.



Хозяйка заведения Ирина Букиа рассказывает, что собой представляет каждое изделие. Ведь названия для украинского уха довольно необычные. Лобиани, пеновани, кубдари, петучино. Есть и уже знакомые: хачапури, чебуреки, лаваши. Налево от витрины — небольшая комнатка и пара столиков. За одним из них обедает и смотрит видео на ноутбуке муж хозяйки — Бэко. Чуть дальше кухня. В ней — грузинская круглая печь.

Мы заказали кубдари (мясной пирог) за 31 гривну и лобиани (лепешку с фасолью) за 25 гривен.

Кофе со сливками обошелся в 15 гривен. За все — 71 гривна. Мясной пирог был из слоеного теста. Солоноватый, суховатый внутри, на любителя. Лепешка с фасолью показалась вкуснее. Но начинка была довольно остренькая, не для каждого.



— Открылись мы полгода назад, — рассказывает владелица пекарни «Шоти» Ирина Букиа. — Готовит мой муж, я не касаюсь кухни. Руки не те, — смеется. — Приехали в Чернигов полтора года назад. Вроде как домой. Я родом из Чернигова. А муж грузин.

Переехали из России, жили в Казани. Это был такой патриотический порыв у мужа. Потому что Россия, оккупанты. Я с этим не дружу, с патриотизмом. Я там, где хорошо. Не люблю жить в нищете.

В России у нас был такой же бизнес—пекарня. Практически такая же, как здесь. А что грузин еще может открыть. Позиционируем себя как пекарня. Не кафе. Столики — это уже так. У грузин всегда много гостей. Где-то же нужно их угощать, если приходят, не на кухне же.

— В Казани заведение пользовалось большим спросом?

— Не сказала бы, — В Чернигове последнее время много грузинских ресторанов. Получается, черниговцы любят эту кухню?

— Не любят. Вы же заходили и в «Бубу», и в «Джорджию». Какая там кухня? Острого ничего нет. Практически.

К тому же везде работает не грузинский персонал. Они все преподносят так: якобы прошли обучение в Киеве, у грузинских шеф-поваров. Вы даже не представляете, сколько это стоит, чтобы обучить пекаря или повара! Просто приезжает сюда шеф-повар, проводит мастер-класс.

Я считаю, если открывается грузинское заведение, то там должен работать грузин. Официанты, повара, пекари. Грузин не будет готовить борщ. Так и украинец не должен делать грузинские блюда. Это все равно, что говорить на английском украинскими или русскими словами.

Мы работаем с мужем только вдвоем.

— Как-то адаптировали кухню под Чернигов после Казани?

— Конечно! Убрали остроту. В принципе ассортимент тот же, что и был.

— Где покупаете продукты?

— Что-то на рынке. Что-то у своих поставщиков, у грузин. Напитки, сыр, например, на грузинских предприятиях, которые сами их производят.

— Что лучше всего расходится?

— Лаваши. Печем каждое утро. Бывает, что хачапури пользуется спросом. Плюс-минус, печется одинаковое количество продукции каждый день. Ассортимент не меняли, изначально как было, так и идет.

Еще людям нравятся наши соусы, Готовим сами, Сацебели, сациви, ткемали, Красный, зеленый — какой хотите.

У нас тут и пообедать иногда можно. Но это только под заказ. Нам друзья звонят, говорят: хотим вашу солянку покушать или харчо, или жареные перепела, или хинкали.

Но можем под заказ и не друзьям сделать, а обычным клиентам. Есть и кейтеринговые услуги — на выезд.

Но готового ничего у нас нет. Только выпечку делаем. Морозилка всегда пустая. Готовим свеженькое.

— Откуда такое название?

— «Шоти» — так называется грузинский хлеб с ушками.

— Кто делал вашу печь?

— Это грузинская печь — тонэ. Ее сделал муж сам. Он у меня еще и дзюдоист, кстати.

— Место бойкое, напротив налоговой.

— Какая разница, кто напротив. Раньше здесь был магазин. С какими-то орешками, приправами.

— Как вы влились в грузинскую черниговскую диаспору?

— Мы ни с кем не общаемся. Были, конечно, в «Бубе». Целый год до открытия пекарни в Чернигове жили. На работу хотели даже устроиться. Но там такую зарплату предложили... Три тысячи гривен у пекаря! Одно время ходили в «Бубу» почаще, они хоть здоровались с нами по-грузински. А то они ж здороваются, прощаются, разговаривают на украинском языке.

И в «Хряке» были.... В итоге решили открыть свое заведение. Зачем на кого-то работать.

— Как это, когда всегда готовит муж?

— Мужчины готовят так, чтобы было вкусно. А мы, женщины, — потому что надо и чтобы потом было чисто. Муж еду украинскую все равно не ест, зачем я буду париться, — улыбнулась Ирина.

— Раньше я не умел пожарить яйцо. Потом попал в горы, в монастырь, На два года. Там всему и научился, — добавил Бэко.

Алина Сиренко, Марина Забиян, «Весть» №3 (783) от 18 января 2018

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.