Просили помиловать убийцу

Согласно приговору Щорского районного суда, вынесенному 12 октября 2010 года, 53-летней Людмиле Шараевой надлежит семь лет провести за решеткой. Это — наказание за убийство мужа, с которым она прожила в браке 33 года.
Рассмотрение дела растянулось почти на два месяца - было 5 судебных заседаний. На протяжении всего этого времени не переставали поступать ходатайства о помиловании обвиняемой. Или хотя бы об облегчении наказания.

С такими просьбами обращались коллеги и администрация Щорской центральной районной больницы, где Людмила проработала 26 лет младшей медсестрой. К ним присоединились бывшие односельчане женщины (родилась в Старых Боровичах), нынешние соседи из Щорса, исполком и депутаты городского совета, уличкомы, друзья - все, кто знал, как она жила.
— Люда вышла замуж в 1977-м, — рассказала на одном из заседаний сельский председатель Старых Боровичей Нина Моцар. - Около двух лет они с Володей жили в селе. Он - нормальный, тихий, пока трезвый. А выпьет - будто черт в глаза посмотрит. За тещей с ножом гонялся. Люду бил. Первый ребенок у них умер.

Потом Шараевы переехали в райцентр. Имели собственный дом, держали хозяйство. Родили трех дочерей. Но пить Володя не бросил. В результате его уволили - сначала из локомотивного депо, потом - из лесхоза. Были у них и ссоры, и разборки. Однако до развода не дошло. Людмила сама тянула работу, детей, огород. Терпела. Объясняет: разве только мы так жили? Думала: от судьбы не убежишь. А там дочки подросли, замуж повыходили, начали жить отдельно, пятерых внуков подарили.

Действительно, достаточно типичная история. Таких тысячи. Только эта закончилась смертью Владимира Шараева (1952 года рождения). Произошло это 3 июня прошлого года. Без свидетелей. Правда известна лишь Владимиру и Людмиле. Он уже ничего не сообщит следствию. А она на судебном заседании описала этот день так:
— Я пришла с ночной смены и была дома с внуками. Вскоре появился муж. Уже под хмельком. Посидел, куда-то пошел, опять вернулся. Не находил себе места. Это было его обычное поведение, когда выпьет. Потом дочка забрала детей, я пошла полоть огород. Около восьми вечера собрались с внучкой встречать корову с пастбища. Выходим, а Володя ее уже гонит.

И опять, как по кругу. Посидит - уйдет. Принес пельмени, мороженое. Бросил на стол. Начал ругаться. Так могло продолжаться до утра. Поэтому я решила закрыться в доме, пока он успокоится.
Но вставить ключ было некуда. Еще осенью 2009-го мы обили двери дерматином, а отверстие так и не смогли прорезать. Оно было не нужно, потому что мы никогда не запирали двери изнутри, только снаружи, когда уходили из дому. Я взяла на кухне нож и начала резать дерматин. В этот момент Володя резко дернул дверь.

Что было дальше, женщина детально вспомнить не могла. Помнила только, что дверь с силой потянула ее за собой, и она налетела на мужа, который рвался в дом.
Он почти сразу отпустил дверь. Воспользовавшись этим, как утверждает Людмила, она тут же заперлась. Потом включила телевизор.
Окровавленного Владимира обнаружил во дворе зять Александр Шевченко. Сначала он подумал, что у того опять обострилась болезнь. (В ноябре 2009-го стараниями Людмилы и на ее деньги Владимира Шараева спасали в районной больнице от язвы желудка.) Вызвали «скорую помощь».
— О том, что ее муж мертв, Людмила узнала от меня, — утверждает фельдшер «скорой» Андрей Павленко.

Позже эксперты констатируют: в результате единственного нанесенного ножевого удара у В. Шараева была повреждена средняя часть правого легкого и восходящая часть аорты. Все, что он смог сделать после ранения, - пройти несколько шагов по двору.
Похоронили его тоже на деньги жены. Его родная сестра, которая живет в Зябровке Гомельской области, заявила, что никаких претензий к Людмиле не имеет.

...На судебных заседаниях зал каждый раз был заполнен. Людмилу поддерживали, передавали приветы от знакомых, утешали, сочувствовали. Но с каждым судом держаться ей было все труднее. Во время последнего воспроизведения обстоятельств она потеряла сознание. На последнем заседании пришлось обращаться за медицинской помощью.

Л. Шараева так и не могла вспомнить (да и помнила ли вообще), как именно держала нож, разрезая дерматин: тупой стороной или лезвием вверх. Не воспользовалась она и возможностью (по мнению знающих людей — беспроигрышной) «откреститься» от обвинения: свидетелей не было, труп находился не в доме, а во дворе, следов его волочения не обнаружено, следовательно, смертельный удар мог нанести кто угодно и по какой угодно причине.

Женщина была очень измучена. Она повторяла, что хочет только одного: чтобы судебные заседания наконец закончились.
— Я никого не убивала, — сказала Людмила в конце, когда ей предоставили слово. — Я не знаю, как это произошло. Мы жили вместе много лет. Плохо, но жили. Я никого не убивала! Но не знаю, как это доказать!
В отчаянии она упала на колени и заплакала. Вместе с ней плакали все присутствующие женщины.

Учитывая все обстоятельства, Л.А. Шараева была признана виновной в совершении преступления по статье 115 УК Украины. Ей было назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет с отбыванием его в криминально-исполнительном учреждении.
...По словам судьи Щорского районного суда Валентина Лихошерста, апелляционный суд, который на днях рассматривал это дело по заявлению адвоката обвиняемой Александра Загальца, оставил приговор без изменений.


На снимке: поддержать Людмилу Шараеву (вторая справа) на судебные заседания приходили многие

Мария Исаченко, еженедельник «ГАРТ» №3 (2496)

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.