Как работают спасатели на черниговских пляжах? (журналистский эксперимент)

На черниговских пляжах утонуть не сложно. Было бы желание. У нас желания не было. Было редакционное задание. В городе шесть пляжей. Один официальный, «Золотой берег» (за городом). И еще пять мест отдыха на воде. Это:

1) на Бобровице, за лодочной станцией,
2) Стрижень (в Яловщине),
3) берег Десны за гостиницей «Брянск»,
4) пляж за пешеходным мостом.
5) озеро «Земснаряд» на Лесковице.

На официальном городском пляже «Золотой берег» есть пост спасателей на воде от МЧС. За пешеходным мостом (через реку от пляжа) тоже находится пост МЧСовских спасателей.

На неофициальных городских пляжах дежурят другие спасатели. Их нанимает на период купального сезона управление по вопросам чрезвычайных ситуаций и гражданской защиты населения горсовета. Об их местонахождении узнали заранее у начальника управления Александра Кузнецова. То есть теоретически вроде бы получается, если устанешь плыть или ногу судорога свела, или в водоворот попадешь, — не надо особо паниковать. Стоит только погромче позвать спасателей.

В четверг, первого июля, отправились сравнивать теорию с практикой.

По три гривны с каждого, и вы в безопасности

Начали с наиболее опасного пляжа — возле лодочной станции. Там река делает резкий поворот, от этого — водовороты, течение, ямы. На правом берегу от города пляж только возле «лягушатника». Так называют залив, через который проплывают лодки на станцию. Течения нет. Плещутся там в основном дети. Взрослому вода по пояс, поэтому ехать лучше на левый берег.

Чем? У берега пришвартованы четыре лодки. Еще две-три — у противоположного берега. Подходим к лодке с надписью «Спасение на воде».

— По три гривны с каждого в один конец, — говорит спасатель Костя. — А если после восьми вечера — шесть гривен.

Костя усаживает нас на сиденье на корме спасательной лодки, сам на носу гребет веслами.

— А мы плаваем плохо. И вы нас спасете, если что?
— Конечно, — обещает Костя.

Приплыли. Берег песчаный, полон народа. Даже в четверг около полчетвертого дня.

Испугалась, и голос... пропал

Надо бы как-то пойти тонуть, но вдруг вместо спасателей вытянет из воды кто-то из купающихся? Спасатель Костя в это время отвозит группу отдыхающих на тот берег.

Плаваю я (Гобанова. — Ред.) не очень, поэтому взяла для подстраховки детскую надувную плавательную подушечку. Спрятала ее под живот, заплыла поглубже и начинаю орать: «А-а-а, спасите! Помогите! Тону!»

Не знаю, насколько это было убедительно. Спасатель с того берега даже не глянул в нашу сторону, зато тетки на нашем берегу начали ржать.

Ладно. Костя подвозит людей на наш пляж. Стараюсь подплыть к нему поближе и заорать уже возле лодки. Но течение относит к середине реки. Становится действительно страшно и уже не до криков, — гребу к берегу отфыркиваюсь. Тем временем спасатель высаживает одних отдыхающих, набирает других и спокойно едет на противоположный берег. Я достаю ногами дна, — фух! Больше тонуть не хочется. Но надо.

Спасение утопающих— дело рук самих утопающих

На той же лодке подвозит людей уже другой спасатель.

— А мы с подругой поспорили, доплыву ли я хоть до середины реки. Вы потом спасете, если что? — спрашиваю Евгений Аксена. Напарник Евгения в это время поехал домой обедать.

— Конечно, — обещает 30-летний Евгений. И я плыву за лодкой. На середине реки изнемогаю, и он пытается погрузить меня на борт. Сначала я строю из себя выбившееся из сил 55-килограммовое тело.
Затянуть которое в лодку Женя оказался не в силах. Вскоре этот цирк надоедает, забрасываю ногу и залезаю в спасательную лодку сама. «Спасение утопающих — дело рук самих утопающих» — золотое правило!

Редкая женщина доплывет до середины Десны

— Спасателем работаю первый год, с 15 июня, — рассказывает Евгений. — нас не было. В прошлые выходные три человека сознание теряли из-за жары. Отвезли на тот берег, «скорую» вызвали. Другой раз переплыть Десну пытались пьяные мужчины, лет по 30-35. Повытаскивали и их. А еще девушка лет 18 хотела переплыть реку, как раз на повороте. Не доплыла, легла на спину. Девушка сильно кричала. Спасли. Бросили спасательный круг, Ярослав за другой конец веревки потянул, вытянул. Ярослава уже за пьянку уволили.
А место там плохое — ямки, водовороты. Я начальнику не раз говорил, что двигатель на лодку покупать надо. А то пока доплывешь... Особенно против течения — можешь не успеть.

Александров конец

— А кто ваш начальник, кто нанимал?
— Владимир, фамилии не помню. Он мой сосед, с детства знакомы. Договорились до 15 августа. Ставка — 780 гривен. Раньше работал в охране «Эльба», на птицефабрике, в Киеве. А уволился потому, что там мало платили, больше штрафов, чем зарплаты. Полторы-две тысячи в месяц заработка получалось. И зарплату задерживали. Трудно там очень. (А на речке к зарплате еще плюс перевозка. По три гривны с человека туда и столько же обратно — уже неплохо — Aвт.)

— После восьми — это Костя возит. А вообще, наш рабочий день с десяти утра до восьми вечера.
В лодке у спасателей имеется спасательный жилет, круг, «Александров конец» (так спасатели называют канат с крюком на конце).

— Сколько людей может вместить ваша лодка?
— Восемь человек. Специально на знакомых проверяли. Тут главное в водоворот не попасть. Там даже лодку закручивает. Ямы глубокие.

— А если там человек тонет?
— Вплавь спасаем.

— А где тут безопасней всего плавать?
— На «лягушатнике». Там течения нет, ям тоже.

Муж пошел топиться

Пляж в Яловщине — под обрывом. Ищем спасателей, вон их лодка, внизу пришвартована. Два 18-летних парня играют в карты. Хватаюсь за сердце:

— У меня муж полчаса назад ушел сюда, сказал, что топиться. (А что, мужа не жалко. Нет у меня его!). Двое мальчишек встрепенулись.
— Да вроде не тонул никто...
— Мы у мальчиков на дамбе спрашивали — прыгал мужик, и не знают, выныривал ли...
— Бегал тут один, странный очень, с усами и бородой, полчаса назад. Не ваш? — спрашивает парень в солнцезащитных очках Дмитрий Годун.

— Да нет, мой бритый был. Спасите его! — хватаюсь за голову.
Ребята бросают карты, спускаются к лодке.
— Мы с вами!
— Поехали.

— А может, он пошутил? — надеется на лучшее Дима.
— Нет, он серьезно. И он может, — уверяю спасателей.
На спасательной лодке едем к дамбе, высматриваем. Трупов нигде не видно.
— В стоячей воде, да при такой температуре утопленник через полчаса всплыл бы.

— А если не всплывет, зацепится за что-нибудь? Вы нырять будете?
— Нет, наше дело — следить за ситуацией на воде.

В поисках «утонувшего супруга» доезжаем почти до самой дамбы. Тела нигде нет. Да и откуда ему взяться?

Узнав, что мы из газеты и разыграли комедию, парни вздохнули с облегчением.

— У нас журнал есть, где мы все происшествия записываем. Даже если ребенок ногу порезал. И температуру воды тоже, — говорит Дима Годун.

— А как вас принимали в спасатели?
— Надо хорошо уметь плавать. Проверяли прямо тут, на Стрижне. Еще, чтобы 18 лет исполнилось. И рост был нормальный, выше 170 сантиметров. Зарплата наша — 750 гривен.

— Возите на тот берег за деньги?
— Нет, никто и не просился. Детей, бывает, бесплатно катаем.

— А спасли уже кого-нибудь?
— Два дня назад лодка наша посреди реки стояла. Плыл мужчина, лет 25-30. Доплыл до нашей лодки и говорит: «Ребята, помогите. Плыть больше не могу». Пьяный. Вытянули на лодку, довезли.
—А всерьез еще никого не спаспи, потому что никто не тонул, — говорит Дима.

Чаще тонут женщины. С испуганными глазами

На «Золотом берегу» в будни после 4-х вечера, да еще перед грозой — идиллия. Сидят бабушки с внучатами, мамы с детками, кое где дрыхнут папы. Покупаться тоже желающих хватает.
Одна из нас доплыла к буйку, обняла его, как любимого, и больше никуда оттуда плыть не собиралась.

Бегу к спасателям. Их катер находится слева, недалеко от бани.
— Спасите девушку! Она до буйка доплыла, а назад — не может.
— Сейчас, — говорит 34-летний Олег Резаев.

Заводят катер, подплывают. Двое спасателей умелыми движениями затягивают девушку на катер, подвозят к берегу. Искусственное дыхание не делали.

Сказали:
— Ты же больше так далеко не заплывай, а то уже водолазы ловить будут.
— Спасибо большое, — благодарим спасателей.
— Пожалуйста, — отвечает 20-летний Илья Усик. — Но вы же это нарочно подстроили.

— Как вы догадались?
— Испуга в глазах не было. Любопытство было, поэтому и догадались.
— Работаем в две смены, — говорит Илья Усик. — Одни до обеда, с 10 до 15, другие — с 15 до 20-и. Спасатели дежурят обычно по трое. Мы и водолазы.

— Сколько человек спасли в этом сезоне?
— Да пальцев на руках не хватит, чтобы пересчитать,-— говорит Олег Резаев. — И делать это надо быстро, через 4-5 минут человека уже не спасешь.

— Когда спасать едете?
— Если видим, что человек тонет: барахтается, кричит, испуган.
Главный — водолаз первого класса 41-летний Владимир Халиман. Он за рулем катера. Водит катер, спасает утопающих и ныряет за утонувшими. Получает чуть больше 1000 гривен в месяц. Спасает давно, даже не вспомнил, сколько лет.

Олег Резаев на этой работе шесть лет. Круглый год. Он спасатель второго класса, ставка 891 гривна. Илья работает всего год.

Он — водолаз третьего класса. Получает 750 гривен наличными. Обучение все проходили на Черниговской спасательной станции. После обучения спасателям выдают водолазные книжки.
— Водолаз третьего класса не идет спасать при отрицательной температуре, — говорит Олег. — Кстати, тонут чаще женщин

Пью пиво, но за озером наблюдаю

На озере «Земснаряд» мы сначала тоже хотели тонуть. Но тонуть глубоко — опасно, а по колено — было бы смешно. Народу очень много.

Подошли к спасателям. Это слева от пляжа. Мужики спокойно пьют пиво.
— А кто тут спасатель? — спрашиваем.
— Я, — поднимается блондин прибалтийской наружности, в кепке. — А кого спасать надо?
— Пока никого. Тем более, что вы пиво пьете...
— Сегодня у меня выходной, отдыхаю, имею право, — говорит Анатолий Думп. — Но за озером наблюдаю. Если кто тонуть будет, то, конечно, спасу.

Было, мужчина нетрезвый лет 35-и заплыв сделал, а назад вернуться не смог. Спасли. В конце мая пятиклассник чуть не утонул. Заплыл на середину озера, кричал. Мы на лодке подобрали.

Многие провоцируют — говорит Анатолий. — Я смотрю в бинокль, если вижу, что ситуация опасная, — заводим лодку, едем спасать.

P.S. По данным ГУ МЧС в Черниговской области, с 1 мая 2010 года на Черниговщине 35 утопленников. В черте города утонуло 8 человек..

P.P.S. Общее впечатление: сам не плошай! Может, спасут.


Елена Гобанова, еженедельник «Весть», №27 (400)

Хочете отримувати головне в месенджер? Підписуйтеся на наш Telegram.